Богатые словене жили в срубах, четырехстенках или пятистенках, поставленных иногда на невысокие подклеты, служивших кладовыми, с сенью, через которую входили в жилище, крыльцом, крытым или нет, с дополнительными постройками для содержания скота и хранения запасов. Длинные дома принадлежали скандинавам, хотя и у них во дворах попадались срубы, служившие подсобными помещениями, чаще конюшнями и хлевами. У всех богатых поселян дворы огорожены частоколом или забором из жердей, закрепленных в три-четыре горизонтальных ряда в бревнах, вкопанных в землю на расстоянии метров пять-семь друг от друга.
Все сословия хранили зерно в ямах. Их выкапывали в сухом месте, желательно в глине, в форме кувшина с узким горлом, через которое мог протиснуться человек, чтобы расширить внизу. Стенки и дно сперва плотно утрамбовывали, а потом внутри разжигали костер и долго протапливали, чтобы глина спекалась и не пропускала влагу. Засыпав в яму зерно, закрывали крышкой из толстых досок и засыпали землей. Без доступа кислорода оно начинало выделять углекислый газ, который убивал и насекомых, и грызунов.
Открыв яму с зерном, хозяева выжидали длительное время, чтобы не отравиться, и только потом брали его. В Средиземноморье ямы обычно вырубали в камне и цементировали.
Ели жители Алдейгьи то же, что и скандинавы, разве что селедка не на первом месте. В силу местоположения основной рыбой была пресноводная во главе с лососем. Здесь тоже рыбу квасили в сыворотке и слабосоленом рассоле, потому что соли было мало, добывали ее выпариванием.
В Балтийское море вода и так не шибко соленая, а в Финском заливе и вовсе слишком разбавлена пресной, поэтому выход продукции был мизерный, даже в сравнение с фризскими солеварнями, не говоря уже об атлантическом побережье Западно-франкского королевства, а потому очень дорогой, не всем по карману. При слабой засолке рыба, кроме кислоты, приобретала еще и душок, да такой, что я боялся открыть рот, чтобы не блевануть. Ни одного меня отвращала эта вонь, поэтому некоторые, не ленивые, закладывали в емкость еще и свежую крапиву, которая убивала запах.
В итоге рыба получалась мягкой, почти желеобразной. Взял ее за хвост, тряхнул – и вся вкусная мякоть слетела с костей, ешь – не хочу.
Налетчики выгребли все ценные товары. Купцы из балтийских городов уже знали об этом, поэтому и не приплывали сюда, хотя Хелги Стрела мог бы продать им часть дани – пушнину, собранную с подвластных ему племен.
