Зашли разговоры о том, что надо бы отвезти ее в Хамлых – столицу Хазарского каганата, продать и приобрести товары, которые пользуются спросом в Скандинавии, чтобы в следующем году было, что предложить купцам оттуда. Рерик Священник всегда был за любой кипишь, за исключением скучного, поэтому сразу согласился отправиться в путь. Годфрид во Фризии и сам справится, тем более, что зимой викинги не нападали, отвозили домой добычу. На Алдейгью тоже никто не сунется, потому что многие видели, как в ее сторону проследовал большой флот, и те, кто принимает решения, наверняка знают, зачем мы здесь.
Единственной загвоздкой было то, что придется зазимовать на чужбине, ведь до ледостава не успеем вернуться. Викингов таким не испугаешь. Тем более, что мероприятие обещало быть очень прибыльным. Сейчас Хазария – основной поставщик серебряных и золотых монет в Скандинавию, как и восточных товаров, включая специи и дорогие ткани, в первую очередь шелковые."
"Совсем без охраны оставлять Алдейгью нельзя было. Решили выделить три драккара из тринадцати, прибывших сюда.
Четыре отвалили в Бирке, поняв, что богатая добыча в Гардарике не светит. Кинули жребий – серебряную хазарскую монету, которая на самом деле оказалась арабским дирхемом. Одна сторона – идет драккар в поход, вторая – остается. Рерик Священник оказался еще тем жуликом. Первыми жребий кидали те суда, которые он не хотел брать в поход. Три кандидата набрались с пяти бросков. Экипаж драккара Хасколда Леворульного оказался в их числе, но меня все равно взяли в поход в качестве переводчика.
Я уже зарекомендовал себя, как полиглот. Оставшимся пообещали долю от всей прибыли, поэтому они роптали не слишком громко, а некоторые, как догадываюсь, только для проформы. Проведут зиму в тепле и уюте. Много мужчин погибло во время налета, много женщин осталось вдовами, так что будет, кому согревать по ночам охранников Алдейгьи.
Драккары мы вытащили на берег выше той линии, куда поднимется вода во время половодья. Плыть придется по мелким и узким речушкам, где такие большие суда не протиснутся.
К тому же, предстоит преодолеть несколько волоков, а маленькое судно тянуть легче. Это были ладьи, которые сейчас называют лодьями. Брали толстый ствол дуба или липы длиной от пяти до пятнадцати метров, раскалывали, выдалбливали середину, делали плоским дно, чтобы не застревала на мелководье и легче было тащить по земле, наращивали борта с помощью шпангоутов и распаренных и выгнутых досок, делали съемные скамьи и мачту – и судно готово.
