Причиной всему — тот твой аборт! Ты испугалась и скрыла от меня эту свою беременность. Больше того — спрятала ребенка. Но я не и обиде на тебя, Кать. Я тебя уже простил. Ты только скажи, подтверди мне…
— И что? — Катя усмехнулась. — Ты отдашь ему свое сердце — если он твой. А если не твой, то Бог с ним, тебе нет до него дела. Чего тебе надо-то, я не пойму? Ты хочешь убедиться, что не зря прожил свою непутевую жизнь, не все промотал? Что где-то кровиночка осталась?
Катя завелась. Как она была зла на него в эту минуту! Эгоизм самца делал Пашкина слепым и недалеким.
Ей хотелось рассмеяться ему в лицо. Пашкин не уловил произошедшей в ней перемены. Подошел и тряхнул за плечи. Физиономия его была темной и хмурой.
— Ты, Катька, брось мне нотации читать. Без тебя тошно. Говори: мой это сын или нет. А то я за себя не ручаюсь…
Он не шутил. Лицо его стало нехорошим. Катя освободилась от его рук и отошла подальше. Села на стул.
— Нет, Витя, Шурик не твой. Он сын Славки Юнина.
Из Кати разом вышел весь пар.
Ей как-то все равно стало, что Пашкин станет делать. Она почувствовала, как соскучилась по сыну. А Пашкин теперь стоял с открытым ртом и смотрел на Катю.
— Славка приходил ко мне в день суда, — устало проговорила она.
Виктор опустился на табуретку и обхватил голову руками. Кате было неприятно смотреть на него. Он может просидеть так целую вечность. Марат уже наверняка ищет их. Видел ли кто-нибудь в больнице, как она уезжала? Вряд ли кто на это внимание обратил. Остается надежда только на дежурного в школе, который выписывал пропуск.
За окном густели сумерки…
— Витя, пора кончать это приключение, — осторожно проговорила Катя. — Уже поздно, девочка голодная. Отвези нас в город. Расстанемся друзьями…
Пашкин, казалось, не слышал ее. Когда он поднялся, белки его глаз были красные."
"— Серега! — крикнул он и отвернулся к окну. Когда парень вошел, Пашкин добавил только: — Уведи их.
Когда он остался один, то долго стоял у окна, потом повернулся к столу, достал из кармана сотовый и некоторое время вертел его в руках.
Затем вынул из бумажника визитную карточку Марата. Услышав в трубке голос Шатрова, Виктор заговорил:
— Шатров, тебя беспокоит Виктор Пашкин. Слышал о таком? Ну так вот, Катю сегодня не ищи, она у меня. Думаю, пора тебе узнать, что она всегда была моей, а с тобой, кореш, встречалась только из-за денег. Она сама тебе все скажет. Это я так, подготовить… — И Пашкин положил трубку. Он сам не знал, зачем сделал это. Порыв.
