Все эти люди, жившие когда-то давно на земле и запечатленные потом на иконописных портретах, каким-то чудесным образом оказались сейчас здесь, рядом, и с любовью и состраданием взирали на нее.
Прямо перед ней оказалась небольшая икона Божьей Матери с младенцем на руках. Даша всмотрелась в скорбное молодое лицо и подумала, что эта женщина наверняка поняла бы ее непутевую жизнь. Даша, как ни старалась, не могла сосредоточиться на службе, не понимала, что говорит батюшка, и поэтому стала молиться своими словами, глядя прямо в блестящие глаза матери Марии.
Она шептала о том, как тяжело приходится с Виталькой. Как, много лет она один на один с его недугом, и иногда кажется, что больше нет сил и однажды она просто умрет от отчаяния. Рассказала, как ей было плохо, когда ушел Кириллов, и как сейчас больно видеть страдания детей. Она поведала иконе о проблемах на работе и о мужчинах, которые не хотят утруждать себя любовью…
Слезы текли по ее щекам, падая на песцовый воротник пальто, но Даша их не замечала. Она просила терпения для себя и немного женского счастья.
Она горячо просила здоровья для сына. Если нельзя сразу счастья для нее и здоровья для него, то пусть тогда — для него. И еще просила охранять ее дочку от всех неприятностей отрочества. Она просила, чтобы Анюткины ангелы были повнимательнее и смотрели за ней получше, а то она такая ранимая…
Даша увидела, что место для свечи освободилось, и подошла поближе к иконе. Наряд Богоматери был изготовлен из голубых прозрачных камешков. В них преломлялся свет, и это создавало эффект сияния.
Старая икон;; была прекрасна. Даша зажгла свечку и поставила ее рядом с другими, догорающими.
Закончив свою молитву, женщина огляделась и поняла, что основная часть службы кончилась и желающие потянулись исповедоваться. Поскольку церковь были переполнена, попасть на исповедь представлялось делом нелегким. Между тем Даша видела, что Петюня подошел к одной из бабушек, помогавших во время службы, и о чем-то договаривается. Даша подошла ближе. Петюня просил провести его без очереди.
Согнулся, втянул голову в плечи — ну инвалид инвалидом! Старушка сжалилась над убогим и повела его за собой. Даша стала протискиваться следом. Бабушка вывела их из церкви и провела через боковую дверь прямо в исповедальню. Она что-то шепнула молодому круглолицему батюшке, и тот кивнул, взглянув добрыми глазами на Петюню.
Даша ни разу в жизни не была на исповеди и сейчас с облегчением увидела, что все это действо проходит без особых церемоний.
