Последние слова матери были более чем ясны для него: либо исполни свой долг и женись на Летиции Калпин, либо «что-то случится» с Дуглесс! Он хорошо понимал, как отнесется Дуглесс к его женитьбе: разумеется, она не останется с ним в одном доме и не согласится прислуживать его жене!
Значит, он потеряет Дуглесс и приобретет Летицию! Обменять любящие глаза Дуглесс на расчетливый холодный взор Летиции! Когда он впервые встретил Летицию, она поразила его своей красотой: темно-карие глаза, темные кудри, полные яркие губы.
Но он, Николас, немало покрутился среди красивых женщин и быстро научился видеть и понимать, что скрыто за внешней красотой. По дому Стэффордов Летиция ходила, устремляя алчные взоры на золотую посуду, как бы мысленно оценивая ее стоимость — мозг ее явно работал как весы, прикидывая, сколько у Стэффордов в наличии золота, а сколько серебра!
Пытался он и соблазнить Летицию, но не преуспел в этом.
И не потому, что она так уж противилась ему, просто она не выказала к этому никакого интереса: целовать Летицию было все равно что целовать теплую мраморную статую!
Стало быть, долг! — подумал он. Да, таков его долг: жениться на женщине, у которой больше денег и кровь — самая голубая!
— О Дуглесс! — прошептал он, прикрывая глаза. Придется сегодня сказать о неизбежно надвигающейся свадьбе! Он больше не может откладывать этот разговор!
— Ты не можешь жениться на ней! — едва слышно проговорила Дуглесс.
— Любовь моя! — воскликнул Николас, протягивая к ней руки.
Они сейчас были в центре лабиринта из зеленых изгородей — он специально привел ее сюда, чтобы поведать эту печальную весть. Дуглесс не знает, как выбираться из лабиринта, и поэтому вряд ли она убежит от него.
— Я должен на ней жениться! — сказал Николас, — В этом мой долг перед семьей!
Дуглесс пыталась изо всех сил сохранять спокойствие. Говорила себе, что ей предстоит осуществить вполне конкретное дело, что она обязана объяснить Николасу, почему он не может жениться на Летиции. Но когда любимый мужчина сообщает о браке с другой, логика, отступает!
— Долг, значит?! — процедила она сквозь зубы.
