Нет, — напомнила она себе, — он же — просто человек, полностью утративший память, а вовсе не пришелец из шестнадцатого столетия! Может, хоть музыка как-то поможет его памяти вернуться?
На стеллажах вдоль одной из стен находились магнитофонные кассеты. Она выбрала Бетховена, отрывки из «Травиаты», народную музыку Ирландии и хотела прихватить еще и «Роллинг Стоунз», но подумала, что лучше уж купит что-нибудь еще более современное. Затем, посмеявшись над собственными сомнениями и думая: «Да ему и Моцарт покажется современным композитором!» — все же взяла со стеллажей кассету с записью «Стоунз».
Еще она приобрела дешевый кассетный магнитофон с наушниками, чтобы Николас мог слушать музыку.
Вернувшись за Николасом, Дуглесс обнаружила его в отделе канцтоваров, где он осторожно ощупывал лежавшие на прилавке пачки бумаги. Она продемонстрировала ему работу фломастеров, шариковых ручек и механических карандашей. Он что-то начертал на бумажке для опробования ручек, но эти каракули явно не были словами.
И Дуглесс подумала: «Интересно, а читать и писать-то он умеет?» — но спрашивать его об этом не стала.
Из магазина они вышли со вторым мешком, целиком заполненным тетрадками с пружинками, разнообразными, всевозможных оттенков фломастерами, кассетами, магнитофоном и шестью туристическими справочниками, три из которых были посвящены путешествиям по Англии, один — по Америке, а в остальных описывались кругосветные туры.
Подчиняясь какому-то импульсу, Дуглесс купила еще набор акварелей, кисти Уинзора Ньютона и альбом для акварельных рисунков, предназначавшийся Николасу: отчего-то ей казалось, что он захочет рисовать. И, не сумев удержаться, она купила еще томик Агаты Кристи.
— Ну, теперь-то мы, наверное, можем отнести все это в гостиницу? — спросила она — руки у нее уже начинало ломить от тяжести пакетов!
Но Николас опять остановился, на этот раз — перед входом в магазин женского платья.
— Тут вы купите себе новую одежду! — распорядился он. Дуглесс его приказной тон не понравился.
— Одежда у меня есть, а когда мне понадобится, то я… — начала было она, но он жестко заявил:
— С такой мымрой я путешествовать не отправлюсь! Полной уверенности в том, что она понимает слово «мымра», у Дуглесс не было, но догадаться о том, что оно значит, она все же была в состоянии.
