Рыцарь умер дважды

Кончики лихих усов выкрашены почему-то в красный; красный преобладает и в одежде: такого цвета сюртук с золотыми галунами, и вельветовые штаны, и бусины на голенищах сапог. Глаза голубые — чуть раскосые, маленькие, сейчас еще и прищуренные. Мужчина изучает нас по очереди и склоняет кудлатую голову к плечу.

— Законники… — тянет он с выразительным южным акцентом. — Настоящие господа этих краев. Благодарствую за салют, всех зверей перебудили.

Он прав: в хвосте судна слышны рыки. Волков? Львов? Незнакомец перехватывает мой взгляд и безошибочно угадывает мысли.

— Рыси, сэр. И койоты. Не считая змей да попугая-предсказателя, это все наше зверье. Медведи — прошлый век, экзотические твари капризны, а слон… хм… знаете, я бы завел слона с удовольствием, да только где его держать? — Глаза весело сверкают. — Клянусь, человек, который выведет карликовую породу слонов, озолотится.

Произнеся все это, он озирается, прислушивается и доверительно прибавляет:

— А вообще мало пальнули. Мои тунеядцы и не думают продирать глаза.

Ладно… плевать. — Он делает навстречу шаг. — Огюст Бранденберг, господа. Бранден-берг. Капитан-директор этой посудины. Добро пожаловать на борт.

Он отвешивает полный достоинства поклон, одновременно подхватывая и покрепче подвязывая кушак. Мои парни, озадаченные многоречивостью незнакомца, стоят как вкопанные. Я справляюсь с замешательством первым и в свою очередь подступаю ближе.

— Винсент Редфолл, шериф Оровилла. Должен осмотреть ваше судно.

 — Медлю и все же прибавляю: — Как бы вы к этому ни отнеслись. Если желаете пришвартоваться в…

— Уже не желаем, — вальяжно изрекает мистер Бранденберг. — Это местечко куда удобнее, на берегу разместится больше зрителей, чем в вашей портовой дыре.

— И все же, сэр, — вмешивается Дэйв, неоправданно решивший, будто ответ сбил меня с толку. — Хотите остаться? Пустите нас поглядеть, что привезли. У нас здесь…

— Как вас зовут, юноша? — Капитан-директор «Веселой весталки» оглаживает бороду.

 — Не привык вести деловые разговоры с безымянными людьми.

— Дэйв Дотс! И я настаиваю…

— Я сказал «Добро пожаловать на борт», мистер Дотс, — снова сухо обрывает мужчина. — Это подразумевает полную готовность сотрудничать с властями. Я догадался, что вы прибыли не кофе пить. Ваш нервный портовый начальник дал понять, что в городе неспокойно и некоторые формальные процедуры перестали быть формальными. Я, правда, так и не узнал, что произошло.