Рыжая

Ира пару раз спросила, все ли у него нормально, на что он только кивнул, стараясь в течение дня быть к ней как можно ближе. Ему показалось, что такое поведение ее немного раздражает, но она терпела, словно понимая его тревогу.

– Нам пора уходить, – заговорил Джабай вечером у костра. День прошел, ничего так и не случилось, но ящер решил, что это был знак, что следует уходить как можно скорее.

– А как же люди? – тут же спросила Ира.

Нет, она, конечно, не хотела уходить с ними, но сейчас немного волновалась. Как бы не вышло, что Джабай оставит ее сам.

Вероятность подобного была смехотворно маленькой, но кто знает. Ирина была уверена: если такое произойдет, она немедленно скроется в лесу. Для нее не было никакого секрета в том, чего хотят мужчины. Ира была не намерена обслуживать всю их толпу. Ни одного из них!

Возможно, такой поступок будет означать для нее смерть, но Ирина уже жила в этом мире одна, поэтому у нее имелись причины верить, что она способна выжить в одиночестве. Страшно, конечно, но не страшнее, чем быть растерзанной толпой голодных мужиков, не обремененных нормами морали.

– Нам нужно сделать так, чтобы они не пошли за нами, – сразу ответил Джабай.

– Мы хотели посмотреть на их племя, – напомнила Ира разговор, произошедший у них сразу после встречи с людьми.

В тот день они решили заняться совместной охотой и по возможности узнать о племени людей чуть больше, а лучше посмотреть на них. Риск существовал, но Ирина была уверена, что ящеры могут справиться и с куда бо́льшим количеством противников.

– Они чего-то не договаривают, – добавила она практически сразу, прищуриваясь.

Джабай кивнул. Это было очевидно.

– Возможно, нет никакого племени, – сказал он задумчиво.

Ира кивнула.

– У меня сложилось такое же впечатление.

Остальные ящеры, сидящие рядом, тоже закивали. Все они внимательно вслушивались в беседу, так как им давно уже хотелось оставить подозрительных людей и отправиться, наконец, домой.

– О чем вы говорите?! – громко прервал разговор Моал, которого невероятно злило, что он не понимал язык зеленошкурых.

И тем более его бесило, когда они говорили на нем в его присутствии. Знали ведь, что он не понимает! Моал воспринимал подобное как насмешку.

– Переведи ему, – попросил Джабай, коротко глянув на чужого вождя. – Мы говорим о том, что нам пора возвращаться домой.

Ирина послушно перевела, с тревогой наблюдая за Моалом. У нее не было никаких сомнений, что человек не согласится с подобным.