— Ну раз он здесь, значит, не страдает! — Таня произнесла это слишком отчаянно. Она пошла к нему. Мы обреченно наблюдали. Танюшка невысокая, фигуристая брюнетка. Милая и добрая. За что ей эта шальная страсть к женатому мужику? Который не страдал…"
"Хм, это спорно. Красивый мужик. Но я бы к нему и на пушечный выстрел не подошла. Он явно взбешен, говорил с кем-то на повышенных. Единственный в этом зале, кто чхать хотел на праздник. Ой, Танька…
Я хотела проконтролировать, как будет штурмовать эту крепость, но внезапно меня саму прижали к глыбе.
Горячей и твердой.
— Какие люди, — шепнул прямо в ухо. И пьяной. Потрясов очень хорошо принял на грудь. — Я звонил тебе.
Да, было дело. Но я не отвечала. О чем нам говорить?
— Дай посмотреть на тебя. — Костя крутанул меня. Я попыталась скинуть его руки, но как убрать стальные канаты?! — О боже! — воскликнул он и схватился за сердце.
— Что такое! — естественно, я перепугалась.
— Ты убиваешь меня своей красотой.
— Придурок! — я снова вырываться принялась.
— Ну прости, — он прижал меня к себе, пальцами в волосах запутался, шею обжег поцелуем.
— Ты так пахнешь, Ксюш. Как пирожное. Так и съел бы.
— Потрясов, ты не офигел? — я тряхнула волосами и все же убрала его руки со своей задницы. — Отвали от меня. И вообще, я не одна здесь!
— И с кем же? — он демонстративно осмотрелся. Мы были в самой гуще тусовки, но никому и дела до нас не было. Кстати, а где девчонки? Ни Жанны, ни Тани.
— Пусти. Мне найти подруг нужно.
— Да брось. Пойдем со мной. Не пожалеешь, обещаю.
Предложение заманчивое, особенно когда так тесно бедрами прижимался. Сегодня волшебная ночь и хотелось доводы рассудка послать, куда подальше. С Костей будет безумно хорошо. Утону в наслаждении. Только, что потом? Выплыву ли?
— Поищи, кого посговорчивей.
Я ушла. Он не удерживал, только в спину крикнул, где его найти можно.
Телефон оказался бесполезен. За нашим столиком тоже пусто. Похоже, праздник нас разделил, и можно смело ехать домой. Я нашла уборную и попыталась вызвать такси. Заказ никто не брал.
Кабинки были заняты, кроме одной. Я толкнула дверь и ахнула. Таня практически лежала на полу, рядом пустая бутылка шампанского, голова в унитазе.
— Боже мой… — подлетела к ней. — Танюша! — позвала. Ноль реакции. Но она дышала, уже хорошо. Тушь жутко размазана по щекам, как и помада, платье задралось, а по колготках полезла гигантская стрелка.
— Потерпи, — попыталась взвалить ее на себя. М-да, маленькая, да тяжелая. Да и куда тащить ее? Нужна машина.
