С любовью, Рома

— Ещё не решила, — фыркнула мама, притягивая Дама к себе. — И не ты.

— Откуда такая уверенность?

— Чувствую. У тебя, в отличие от этих двоих, в последнее время всё в порядке с головой."

"— А у нас, значит, не в порядке? — возмутился Стас за спиной у матери, за что получил ещё один красноречивый взгляд.

— У тебя — нет, — безапеляционно отозвалась Саня.

— И что мне нужно сделать, чтобы статус поменять?

— Я тебе потом расскажу, — хмыкнул отец, положив руку ему на плечо и увлекая старшенького за собой вглубь квартиры.

Дамир незаметно последовал за ними, оставив меня наедине с матерью. Вот же предатели!

— Твоя очередь, — немного печально улыбнулась ма.

— Обниматься?

— Находить приключения на пятую точку, — поставили мне диагноз, после чего всё же погладили по голове и крепко обняли. На этот раз я не возражал. — Видимо, рано или поздно это должно было случиться. Что ж у вас взросление-то так тяжко проходит?

Отвечать не было смысла, лишь коснулся кончиком носа маминой макушки. Она пахла чем-то сладким и родным.

Я мог жить в Питере сколько угодно, но дом у меня всегда один — рядом с семьёй.

***

— Рома, ты бестолочь, — устало потерев глаза, заключила мама, слегка удивив меня. Наверное, ждал чего угодно, но только не этого.

— Ну-у-у… — немного виновато протянул я, на что она  всплеснула руками и поднялась на ноги.

Вот уже почти час мы с ней сидели на кухне вдвоём, за окном уже забрезжил рассвет. После того как мы вот так вот посреди ночи ввалились домой, последовали долгие шатания по квартире, сначала нас кормили поздним ужином, потом к нам вышел заспанный Кирилл в пижамных штанах и с восемью кубиками пресса на своём юношеском торсе.

При этом сколько-нибудь удивлённым он не выглядел, в отличие от сестёр, которые уже через полчаса подняли такие визги-писки на всю квартиру по поводу нашего приезда, что, конечно же, разбудили самого младшего — Никиту.

В итоге остаться наедине с мамой я смог только ближе к утру. Я бы, может быть, и взял паузу, но разве от неё укроешься? Вручив братишку бате и вытолкав остальных детей в гостиную развлекать друг друга, она закрылась со мной на кухне.

И вот я вновь пытался собрать всю свою историю воедино. Получилось сбивчиво и до дурости нелепо. И если отцовской реакции я просто боялся, то перед мамой по-настоящему было стыдно. За всё и сразу… но в первую очередь за то, что, возможно, опять заставляю её проходить через весь тот ужас. Однако ужасаться матушка не спешила — она злилась.