Онлайн-библиотека книг
***
Разбудил меня звонок телефона, нарушивший уединение маленького бревенчатого домика. Начала судорожно искать телефон, пока он не успел разбудить маму, и без того всю ночь беспокойно спавшую на соседнем диване. Новое место её пугало.
Денис привёз нас к себе на дачу с целью дать возможность расслабиться, мол, смена обстановки и всё такое… В результате почти весь вечер мы втроём просидели на маленькой веранде, усиленно изображая из себя счастливую семью. И даже мама активно нам подыгрывала, не понимая, как иначе реагировать на наши с Денисом натянутые улыбки.
Рука скользнула по корпусу смартфона, и тот слетел со стула, с шумом рухнув на пол.
— Твою налево… — выругалась я, пытаясь выгрести телефон из-под старой панцирной кровати, которая тут же безбожно заскрипела подо мной.
— Соня? — едва различимым шёпотом позвала меня мать.
— Всё хорошо, — заверила я её, с горечью заметив, что произношу эту фразу на автомате.
Наконец-то верещавший аппарат был у меня в руках. На часах было начало пятого.
***
В город я попала уже ближе к семи.
Беловский автомобиль в кратчайшие сроки доставил нас до дома. Самым сложным было убедить Дениса, что я в состоянии справиться со всем одна. Оказавшись в родном дворе, мама выдохнула с неподдельным облегчением. Я пыталась предложить ей остаться на даче, но она так этому сопротивлялась, что мне попросту стало её жаль."
"— Хочешь, я пойду с вами? — предложил Дэн. — Это может быть опасно. Вдруг воры?
Информация, почёрпнутая из звонка тёти Любы, не оставляла сомнений о личностях наших ночных гостей.
— Поверь мне, если это воры, то я знаю, где живёт их мама.
Белов несколько напрягся, не поняв моей иронии.
— Там всё нормально, просто поверь мне.
Он помрачнел, но я продолжала стоять на своём.
— Лучше с мамой здесь пока побудь, я сейчас.
В квартире всё было точно так же, как я оставила накануне, если не считать разбитого окна и трёх мужских тел, уснувших в самых неудобных позах на моём диване.
И в качестве вишенки на торте — Муся, развалившаяся на чужих коленях.
Скорее всего, это было безрассудством, вот так вот врываться в собственную квартиру, когда знаешь, что есть разбитое окно и люди, не проживающие здесь. Но привычка доверять Черновым (а тётя Люба сообщила мне об этом более чем убедительно — «Лбы эти припёрлись») шла впереди моей осторожности на километр.
