С мейсе Райкконен что-то не так

Хоть бы сдюжил купол, а то уже слышно, как он нехорошо потрескивает под шквальным напором…

Я прижалась к Эрику, но не смогла взять его за руки – его ладони было плотно сжаты в кулаки. А сам он зажмурился и беззвучно, но яростно что-то бормотал. Милый, мне вообще-то тоже страшно! И даже не подозревала, что ты такой набожный…

– Уходит! – облегчённо выкрикнул кто-то. – Небо светлеет! Азарги бурю за собой уводят! Пронесло!

Только тогда Эрик открыл глаза, поморщился и несколько раз тряхнул головой.

– Ты что, молился? – удивлённо хмыкнула я.

– Ага, – хрипло ответил он. – Тебе, богиня моя.

– Опять ты… Ладно, тащи эту поганку вон в тот шатёр, пока никому до неё дела нет, – прошептала я Эрику. – Вот я ей сейчас устрою… В смысле, себе… В смысле, это не я поганка, но всё равно получается, что я… Да блин!!..

– Кого тащить? – не понял Эрик, всё ещё приходя в себя. Видимо, буря всерьёз его напугала.

– Меня, – напомнила я. – Нас тут две богини, если ты забыл. Хватай вон ту рыжую стерву, что за каким-то чёртом в следующий тур проскакала.

Вторая я при виде меня вскинулась заново, тоже сообразив, к чему привели слова про «разорваться, что ли». И, уперев руки в боки, бросилась навстречу, готовя очередную гневную тираду. И… нечувствительно слилась со мной в одно целое, стоило нам соприкоснуться. Вот же дрянь! И с кого теперь спрашивать?..

– Жжёшь, детка, – только покачал головой Эрик. – Двух тебя даже я не вынесу. С одной бы справиться…

– …а вечером – бал! – торжественно подытожила испытание герцогиня Шальтеир.

И перечислила имена девушек, прошедших в следующий тур. На имени Стефен-Дари народ взорвался восторженными аплодисментами.

«Дурацкий отбор, дурацкие азарги, дурацкий бал и сама я дура дурацкая, – раздражённо бурчала я, наряжаясь в новое платье: Эрик снова побаловал. – Ну, вот как меня угораздило опять?»

В следующий тур прошли четыре сестрички Варинс (их я до сих пор воспринимала как одно целое и не отличала одну от другой), зефирка, Агата д’Эртенгель, ещё одна баронесса по фамилии Ри́цвель и я.

Зефирка, сильно отстав после блестящего старта, в последний момент всё же сумела обогнать одну из сестёр Варинс, придя восьмой. И я только сейчас с ужасом поняла, чем бы мне грозило её промедление. Если бы зефирка замешкалась, в финал отбора вышли бы пять сестёр Варинс, а не четыре. А дальше считаем на пальцах… Восемь участниц. Победят четыре. Одна семья – одна девица. А фамилий как раз осталось бы четыре.