С мейсе Райкконен что-то не так

А маги из ассоциации не имели права вмешиваться в ход соревнования, пусть бы вы даже насмерть разбились! Получается, их вы тоже подкупили. И сейчас снова плетёте какую-то гнусную интригу… Как мы можем вам верить?

Не имели права вмешиваться?.. А я ведь тоже заметила, как меня… в смысле, не меня, а другую меня будто бы подхватил ветер и вернул в устойчивую позу. Интересно.

– И всё же поверить придётся, – вернула я мысли в нужное русло. И рассказала девицам, какую каверзу подготовила для них Глициния Нортлан. – Так что сейчас вы все удивлённо, но радостно ахаете, шлёте самые наивные улыбки той троице, можете даже ручкой им помахать.

А я им передаю, что вы согласны и обязательно придёте завтра на нашу небольшую пирушку. А чтобы вы окончательно убедились, что я на вашей стороне, то слушайте, каким будет следующее испытание отбора… И постарайтесь уже к завтрашнему дню определиться, кто из вас самая-пресамая.

Вот этого всего я и хотела избежать. Интриги, козни, постоянное лавирование, сплетни… Ну не моё это всё.

А в сравнении с тем, чем занимаются придворные дамы во дворце, это так, детский лепет. Тем более у меня появилась новая причина как можно быстрее слиться с отбора. Ибо то, что я подслушала за шатрами, грозит уже не просто позором или испорченным настроением в случае неудачи. Это виселица. За соучастие в заговоре и измену.

Я мрачнела с каждой минутой и от назойливых гостей уже просто отмахивалась. Особенно от ведлистанцев, красавчика офицера и столичного чинуши, которого Агата представила мне как своего давнего покупателя.

Те расстройства не выказывали и тут же начинали увиваться за другими участницами отбора. Встревоженные взгляды поганца я тоже игнорировала. На этот раз он не прикидывался официантом, а сновал по залу тем, кем являлся – сотрудником полиции. Да уж, «кем являлся»… Но поганец своего разговора ещё дождётся. Мне тоже надо пока переварить полученную от дядьки информацию.

Очень познавательный разговор со Скоропутом у меня состоялся между забегом и вечерним балом.

Мою пламенную и патриотичную речь о заговорщиках в Альмате и готовящемся свержении короля дядька выслушал с постной миной, гораздо больше внимания уделив раскисшей от сырости папке с делом тридцатилетней давности.

– Э-э! – пощёлкала я перед ним пальцами. – Всевидящее око! Я тут тебе верняк принесла! Раскроешь заговор, возьмёшь изменников – прямиком в столицу поедешь со всеми почестями! Без доказательств пока, правда, но имена выяснить не проблема – они все на забеге были.