С мейсе Райкконен что-то не так

 – Наконец-то! Ах, ну и заставили же вы нас поволноваться!

Но я уже бросилась вперёд, где Примула Варинс заканчивала раздавать соотечественникам вдохновенные обещания и благодарить за оказанное доверие. Отобрав у неё артефакт, усиливающий голос, я заорала:

– Народ Альматы! Послушайте меня!

– О-оо! Это же она! Графиня Стефен-Дари! Садовница! – встрепенулась толпа. – Ура-аа!.. Сте-фен-да-ри! Сте-фен-да-ри!..

– Да послушайте же! – надрывалась я. – Да-да, спасибо, я тоже вас всех люблю… Я не знаю, что именно происходит, но здесь опасно! Умоляю вас, ради всех богов! Не пойте больше эту чёртову «Пастушку и дракона!!.

– Да-ааа!.. – взревел народ, расслышав только то, что захотел. – «Пастушка и дракон»!.. Вот это наша графинька – носом не крутит, простой народ понимает! И-иии, скрипачи, хорош уже прохлаждаться! Давай, графинька, первая запевай, а мы поддержим!..

– Да вашу ж мать! – гаркнула я, но этого на площади уже не услышали – супруга мэра быстро отобрала у меня усиливающий голос артефакт.

Тем временем из магистрата выбежал бледный мэр, и на помосте всё пришло в какое-то волнение. Забегали чиновники, подскочили со своих мест приглашённые высокие гости. Тот самый красавчик-офицер, испугавшийся азаргов, что-то тихо сказал Мими, и та побледнела. Герцог Шальтеир подбежал к супруге и быстро зашептал ей на ухо…

– Седжен Пятый отрёкся? – воскликнула герцогиня в полный голос, позабыв, что держит в руке магический усилитель.

Её слова, разнёсшиеся над площадью, произвели эффект разорвавшейся бомбы. На мгновение весь город замер. А после покатилась волна шепотков, недоверчивых напуганных возгласов, набирая силу и перерастая в тревожный гул. Герцогиня Шальтеир непонимающе посмотрела на свою руку, в ужасе округлила глаза и отбросила артефакт, будто ядовитую змею.

– Это ещё не всё, Софи, – уже не таясь, быстро проговорил мэр. – Только что прискакал человек с карьера – самого крупного: того, что рядом с Рыжозером.

– Да что за бред! – воскликнула герцогиня. – Как камни могут сами куда-то ползти?

– Простите, герцогиня, но это правда! – за спиной мэра возник запыхавшийся человек, весь покрытый рыжей мраморной крошкой и пылью.