С мейсе Райкконен что-то не так

 – И, да, вы официально зачислены на дворцовую службу придворной дамой от Альматы.

– Вот радость-то, – вздохнула я. – А что, всем придворным дамочкам такие покои выделяют? Тогда всё не так плохо, как я думала.

– Не всем, – замялся советник. – Вы, мейсе Уна, здесь почётная гостья. И сейчас находитесь в крыле, принадлежащем наследному принцу.

– Ну, ещё бы, – не удивилась я. – Лишь бы не вычел из моего миллиона денег за постой. Так поганец-то где?

Мудрый ворон снова моргнул.

– Эрик Ройне, – со вздохом объяснила я.

 – Левая рука этого вашего принца. А вы, я так понимаю, правая. Потому должны знать, где он сейчас.

– Вы знакомы с Эриком Ройне? – неподдельно удивился Размунд.

– Ну, можно и так сказать… Хотя что он за человек, я до сих пор понять не могу. Вот вы его, наверное, лучше знаете? Какой он? Расскажите хоть что-нибудь.

– Эрик – очень благоразумный молодой человек, – сказал он. – Далеко пойдёт. Воспитанный, рассудительный, уравновешенный. Очень сдержанный. Порой даже слишком… Шахматист, если можно так его охарактеризовать.

Рациональный и совершенно не подверженный чувствам. Болезненно честный и не склонный к рискам…

– А мы точно об одном человеке говорим? – не сдержалась я. – Вообще-то Эричек тот ещё лгун, интриган и проныра.

– Я тоже тебя люблю, детка, – весело отозвался поганец, незаметно войдя в комнату. – Мой дорогой Размунд, вы нас не оставите?

Советник как-то странно дёрнулся в сторону поганца, но Эрик уже панибратски обнял его, подмигнул и подтолкнул к выходу.

– Прости, нужно было кое-какие дела решить, вот и попросил господина Размунда тебя проведать.

Но освободился раньше, – он нырнул под одеяло, крепко обхватив меня руками и ногами.

– Твои хоромы? – кивнула я, обведя взглядом роскошную спальню.

– А неплохо ты, погляжу, устроился. Сойдёт.

– Как ты? – тихо прошептал Эрик, зарываясь лицом в мои волосы.

– Не знаю, – честно ответила я. – Боюсь. Того, что живая. Значит, самое страшное ещё впереди. Оно… всё же сработало. Ну, с драконом…

– Знаю, детка. Видел. После того, как его хлопухом раздробило, я думал, что всё… Всех камнепадом накроет.

Он и обрушился, и только в самый последний момент камни начали словно бы таять в воздухе. Но никто не пострадал.

– Как хорошо, – прошептала я. – Значит, только меня накроет. За такое и помереть не жалко. Но что-то долго обратка с мыслями собирается. Обычно сразу, как проснусь, прилетает.

– Тогда, может, позавтракаем, пока не прилетела? – подмигнул он.

– Вот искуситель, – вздохнула я.