С мейсе Райкконен что-то не так

Переведя дух, герцогиня добавила:

– А теперь что касается разных нелепых слухов. Да, боги не одарили нас с супругом дочерьми. Зато печально известный случай с приютом привёл в наш дом чудесную девочку. Ввиду её малого возраста семейство Шальтеир не может участвовать, а потому я беру этот отбор под личный патронаж как лицо беспристрастное. И отныне буду считать своим ребёнком каждую из тех, кто сумеет доказать, что она истинная дочь Альматы!

Присутствующие, впечатлённые эмоциональной речью дамы, молчали.

– Браво! – вдруг громко захлопал в ладони один из гостей.

– Это вы что хотите сказать… – пробормотала я себе под нос.

– Что мы скоро увидимся, дорогая подруга, – ответила мне баронесса д’Эртенгель. – Мы с вами обе только что прошли во второй тур.

– Я не хочу! Мне это нахрен не надо! В задницу эти ваши отборы! – орала я не хуже базарной торговки, но прислуга мэра Шальтеира лишь склоняла головы перед невесть как забредшей на кухню высокой гостьей и сочувствия не выказывала.

Как до этого и сама герцогиня Шальтеир, и представитель магической ассоциации, и мэр, и напуганные быстрым отсевом отборные девушки.

– Мне двадцать шесть послезавтра исполнится! Вычёркивайте! Я по возрасту не подхожу!

– Возраст считается на тот момент, когда кандидатке было выслано приглашение на отбор, – отчеканил маг.

– Дорогая графиня Стефен-Дари, – мягко улыбалась супруга мэра. – Эрика, верно? Или лучше Виолетта? Ах, ну что за характер! Истинная дочь степей!

– Да я даже родилась не здесь! – вопила я. – Четыре года назад впервые в Альмату приехала!

– И чудно, что приехали! – убеждал меня сам мэр. – К корням вернулись, это правильно! Вот и у славной фамилии Стефен-Дари, что числится в основателях этого города, но почти никогда здесь не жила, наконец появились живые представители.

– Я тоже то шампанское с честноком пила! – на ходу выдумывала я. – Вот прямо сейчас юбки задирать начну! Позор, а не графиня – такая точно участвовать не может!

– Не пила, – возразил Эрик. – Вы, ваше сиятельство, вообще ни к одному напитку не притронулись.

– Вы какого-то официанта слушать будете? – возмутилась я.

– Будем. На самом деле он тайный сотрудник полиции, – доверительно шепнула мне супруга мэра.