Сабля, трубка, конь казацкий

Как если б крепкий, подготовленный и вооруженный боец стал убивать обхамивших его тинэйджеров. Глупое и некорректное сравнение – ордынцы те еще «тинэйджеры», – но именно оно почему-то пришло в голову.

И может, именно поэтому для меня стало полным шоком, когда бушующее, пестрое море, значительно уменьшившись в размере, в конце концов, угомонилось, затихло. Но прежде, как и надлежит пучине, бесследно поглотило всю польскую конницу… Как и не было.

– Судя по бледному виду, узрел ты не самые приятные вещи в своей жизни… – резюмировал Василий, парой несильных оплеух возвращая меня к жизни.

 – На, глотни водички. А то краше в гроб кладут. Тьфу, тьфу, тьфу…

Я опасливо выколотил о подошву остатки тлеющего зелья и притоптал угольки. М-да, тот еще опиум для народа.

Василий вопросов не задавал, ждал, пока сам созрею. А мне душу излить – одно облегчение. Пересказал все, что видел, в самых красочных выражениях. Даже к пантомиме пару раз прибегал, когда слов не хватало. И, честно говоря, был разочарован едва ли не демонстративным равнодушием запорожца.

Неужели ему настолько безразлична судьба тысяч людей? Небось, когда я чамбул Сафар-бея разглядел – чуть не пританцовывал от возбуждения. Ну, правильно! Тогда о своей шкуре заботился, а сейчас чего? Подумаешь: кто-то… где-то… с кем-то… рубится насмерть. В первый или последний раз, что ли? Нас ведь там не было.

Почти угадал. Правда, немного под иным соусом.

– Картинка и в самом деле малоприятная… – задумчиво протянул запорожец. – Воочию увидеть тысячи смертей, еще и в одночасье – не полумисок галушек со сметаной стрескать.

Помню, когда первый раз в бою побывал – сутки как пришибленный ходил. И ведь сам не сражался, только мушкеты набивал. А тут такое побоище… Но какое и где именно? Судя по штандартам и вооружению – османы с ляхами бьются. Ну, так это, почитай, каждый божий год случается. Крепость над водой… Тоже не примета. Через одну поближе к реке ставят. Чтоб защиту усилить и рвы не копать… Даже время года не понять. Зеленая трава… Синее небо. Солнце высоко. От Благовещения до Воздвижения креста Господнего. Да и с годом… тоже. Было, будет… или прямо сейчас рубятся? Как понять?

Да уж. Кругом Василий прав. Никаких привязок. Один общий план. Если только…

Блин горелый. Если уж я «оттуда», то хоть какую-то пользу надо извлечь?

– Хватит хворосту или еще принести? А то, может, мне и саламаху самому сварить? – байрачник свалил к ногам объемистую охапку сушняка и вопросительно уставился на нас.