Сабля, трубка, конь казацкий

– А что до Спаса… Так Господь Бог не позволяет нежити подолгу засиживаться на одном месте. Посылает святого Илью, тот и гоняет их молниями. Поэтому до Крещенья водяной живет в воде, а потом переходит в лозу, отчего его еще зовут Дедом Лозовиком. Потом перебирается на сушу, в прибрежные травы и аж после Первого Спаса снова может вернуться в воду. Если только кто-нибудь не столкнет его в водоем раньше. Поэтому он все время сидит на берегу и ждет прохожих. Но так как сам попросить о такой услуге не может, а люди его не видят – водяной начинает сердиться и пакостить…

«Гы… – усмехнулся я мысленно.

 – Интересная версия. И окажись правдой, я мог вполне водяному пинка отвесить. М-да, надо все же аккуратнее… Прав Василий, так и нарваться недолго»

– Бог в помощь! – чуть хрипловатый голос раздался из густых зарослей камыша, до которых мне оставалось пройти по прямой метров пятнадцать.

От такого «здрасьте» я едва мимо гати не шагнул. Хорошо ближе к противоположному берегу настил был не так заилен, как прежде.

Наверняка не удержался бы на ногах. Что не говорите, а водяной дух, нежить по сути, желающий людям в трудах божью помощь – это слегка чересчур. Картина из области абсурда и такого сюра, что Дали отдыхает.

А Полупуд ничего. Сперва потянулся было за луком, с которым после встречи с туром не расставался ни на минуту. Но передумал… Ну правильно. Враг не стал бы о себе предупреждать. Поднялся не торопясь, степенно и не менее громко ответил:

– И тебе подобру-поздорову, добрый человек, коли не шутишь.

Обзовись… Как давний обычай велит. Сделай милость.

В ответ на пожелание запорожца с противоположного берега трижды подал голос пугач.

– С Луга, стало быть… – обрадовался Василий, потом приложил сложенные «ракушкой» ладони к губам и повторил крик ночной птицы. – Пугу… пугу… пугу… Челом тебе, брат-казак. Я – Василий Полупуд. Минского куреня товарищ. А ты кем будешь?

– То-то я гляжу и думаю: кто такой хозяйничает в моих угодьях, как на своем гумне… – вместо ответа насмешливо прокричал невидимый собеседник.

 – А это Полупуда принесло в добрый час. Да не один пожаловал – с целым обозом баб приперся. Никак в магометанство перейти надумал… а, Василий? Ну, а чего… Тоже верно. Как сказано в Писании: «Каждому свое…» Кому-то в монастыре – грехи замаливать, а кто-то ж и грешить должен. Га-га-га…

– Голос кажется знакомым… – озадаченно почесал затылок запорожец. – Но пока не признал. Видимо, давно не слышал. А ну, весельчак болотный, гукни еще чего-нибудь?..