Сады пяти стремлений

– Это… разумно… – протянул Занди, мысленно поражаясь столь низкому предложению, однако Бабарский объяснил, что имеет в виду:

– Не волнуйся, я не собираюсь продавать катер честному человеку. Найдём такого, который изменит его так, что родная мама не узнает, и продадим с большим дисконтом.

– У катеров нет матерей.

– Я – образно.

– Но эти люди… – Юноша прищурился: – Ты не боишься иметь дело с бандитами?

– Ну… опасаюсь, конечно, но, с другой стороны, надо же когда-то познакомиться с изнанкой вашей замечательной планеты?

– Познакомиться? Мне кажется, ты знаешь об изнанке намного больше, чем все наши бандиты.

– Тогда к чему твой вопрос?

– Ты никого не знаешь на Траймонго.

– Люди разные, а бандиты везде одинаковы, – спокойно объяснил ИХ, глядя юноше в глаза. – Если видел двух-трёх, значит, видел всех. Я знаю, что ими движет, и знаю, как с ними говорить. Все они жадные, подлые, не приспособленные к созиданию твари. Абсолютно бесполезные для общества отбросы, не достойные ничего, кроме презрения.

– Но ты ведёшь с ними дела, – заметил Занди.

– Они для общества бесполезны, а мне иногда бывают нужны, – объяснил суперкарго. – Главное – выбрать правильного контрагента.

– Ты уже об этом говорил.

– А ты учись. Глядишь, пригодится. Хотя надеюсь, что нет.

– Почему?

– Потому что тебе лучше выучиться и стать честным человеком.

– А ты разве не честный?

– Честный, – уверенно ответил ИХ. Однако уточнил: – Но помимо честности у меня есть и другие таланты.

В числе которых значилось потрясающее чутьё на людей.

Занди это уже понял, но сегодня убедился в этом в очередной раз."

"Поужинав, они вернулись на катер и медленно поплыли вдоль частных эллингов, заполонивших всю береговую линию. Плыли очень медленно, поскольку сидящий на носу Бабарский внимательно разглядывал и сами эллинги, и тех, кто в них работал, оценивая людей по одним лишь ему известным критериям. Пару раз приказывал юноше глушить двигатель, но, посмотрев, как на это реагируют люди, качал головой и говорил следовать дальше.

И лишь минут через сорок, когда Занди мысленно смирился с тем, что они впустую потратят время, Бабарский жестом указал на эллинг – ничем не примечательный и, на взгляд юноши, ничем не выделяющийся среди остальных. Тем не менее спорить Занди не стал и подвёл катер к причалу, на котором курил и о чём-то думал брюнет лет сорока. Причём думал он настолько увлечённо, что никак не среагировал на пришвартовавшийся к его собственности катер.