Странно — потому что мама вдруг решила взять себя в руки, исправно ходит на работу и отпускает Катю, куда та захочет.
Честно говоря, я жду и боюсь момента, когда вся её напускная стабильность сломается. А я знаю, что она точно сломается. Мама чисто морально не вывезет того напряжения, с которым она старается быть хорошей. А для неё быть хорошей — это именно напряженная работа. Но, видимо, пока ей нужно постараться, ведь она до сих пор надеется на то, что отчима оправдают по всем статьям и отпустят домой уже в ближайший понедельник.
По крайней мере, именно об этом она говорит Кате.
Сегодня в университете я отдала выполненные задания двум преподавателям. Придирчиво изучив их выполнение, они задали несколько вопросов — видимо, для того, чтобы убедиться, что я всё сделала сама, а не скачала с интернета — и поставили мне зачеты. Таким образом, мне осталось ещё два преподавателя, которые так же ждут выполненных заданий. Учитывая, что это самые жесткие преподаватели, я очень переживаю, что на последних ступеньках к завершению второго курса и взятию академического отпуска могу провалиться.
Но, надеюсь, всё не так страшно, как мне видится. Договариваться же со всеми ними оказалось не так ужасно, как я себе представляла.
В универе не обошлось без встречи с Вадимом.
Где-то внутри себя я надеялась на то, что мне удастся его избегать до самого завершения. Но нет. он слишком яркий и заметный в серых стенах учебного заведения, чтобы его можно было просто проигнорировать.
Я выходила из аудитории, чуть не кланяясь преподавателю, который согласился пойти мне навстречу и дать несколько заданий, которые я должна буду сдать не позже понедельника.
Вадим стоял в коридоре у окна недалеко от аудитории, из которой выходила я. Даже не глядя в его сторону, можно было без труда, по одному только нескромному смеху, узнать всю его галдящую компашку.
И, если бы мне не нужно было идти к выходу, то я бы в жизни не прошла мимо них.
Прижимая скоросшиватель к груди, делая вид, что очень увлечена разглядыванием половиц под ногами, я планировала быстро проскользнуть мимо, но оказалась остановлена поймана жесткой ладонью за локоть и остановлена.
— А ты, чего, Алёнушка, даже не здороваешься? — вопросил парень, который поймал меня. Это был один из лучших друзей Вадима. По крайней мере, с ним я видела его чаще всего. — Зазналась?
— Дел полно, — бросила я сдержано и вырвала локоть из неприятного захвата жестких пальцев. Будто меня опять хватает отчим. Мерзкое ощущение.
