Саквояж со светлым будущим

Родионов шел и оглядывался.

— Да не волнуйтесь вы так, — насмешливо сказала секретарша, — в крайнем случае она воды из бассейна попьет.

— Я не за бассейн волнуюсь, — негромко сказал Родионов, — и не за дамочку. А волнуюсь я, что нас подслушивал кто-то!…

— А зачем вы тогда оглядываетесь? Чтобы он точно понял, что вы его слышали или видели?

Родионов перестал оглядываться и сердито посмотрел на Машу.

— Ну что? Зачем мы влезли в этот, черт побери, детектив?

— Она говорит, что фотографий не выбрасывала, да? Кто тогда выбросил?

— Маша, — стараясь быть терпеливым, сказал Родионов, — если она не выбрасывала, значит, выбросил кто-то другой.

Но Маша Вепренцева его не слушала.

— Она сказала, будто его родители были очень счастливы, что Стас собирается на ней жениться, и даже готовили им свадьбу и медовый месяц.

Маша посмотрела в сторону, где между деревьями черный дрозд боком скакал по зеленой траве, примериваясь склевать бабочку.

— А то, что этого быть не может.

— Она совсем не пара сыну будущего президента, Дмитрий Андреевич, неужели вы не понимаете?! Вы же такой… проницательный! Ну, господи, Дмитрий Андреевич! Она хорошенькая, молоденькая, волосы до попы, белые. Глаза большие, голубые. У нее в Днепропетровске папка, и он ей приказал без штампа в паспорте не являться!

— Дмитрий Андреевич, это странно. Ну, правда, странно. Она говорит, что его родители ей телефон подарили и деньги и мечтали, чтобы сыночек на ней женился, но его родители богатые и влиятельные люди! Как они могли мечтать, чтобы их сын женился на хорошенькой бедной дурехе?!

Родионов подумал некоторое время.

— Хорошо, а если ей просто казалось, что они мечтают?

— Не могло ей ничего такого казаться! Ну как же вы не понимаете?! Все девушки в мире моментально понимают, возражают родители любимого или не возражают против женитьбы! Ладно бы все было наоборот — она богатая наследница, а он мальчик с помойки.

— По-моему, ты слишком большое значение придаешь этому вопросу.

Маша пожала плечами.

— Не знаю. Просто мне странно. И чем дальше, чем страннее.

В пиджаке ей было жарко и уже не хотелось никуда идти, но она шла — просто чтобы побыть с ним вдвоем.