Самец причесанный

Я сказал, что выплачу долг, но она не согласилась. Заявила, что раз ты в плену, то дом – выморочное имущество. Нотариус подтвердила.

– Меня предала Октавия! – сказала я. – Сообщила о маршруте турмы «фармацевтов», а те – сармам.

– Значит, и фармацевты завязаны? – нахмурился он. – Плохо. Я думал, только Октавия. Если тебя это утешит, о ее предательстве знают. Тетке – кранты. Перед моим отъездом ее собирались судить.

– Что Лавиния? – вернула я Игрра к началу. Октавия не убежит. Если не осудят – сама разберусь. «Кошки» предательства не прощают.

– Лавиния хотела меня забрать, – подтвердил мою догадку Игрр. – Кричала про контракт, который, дескать, тоже имущество. Пришлось предъявить твой пергамент – вовремя ты его подписала. Нотариус подтвердила, что контракт прекращен, Лавиния не согласилась. Пыталась натравить на меня стражу. Вмешались Лола с «кошками». Они пришли сообщить о твоем пленении. Я собрал вещи и пошел, куда глаза глядят.

– Мог к Ниобе.

– Она звала! – кивнул Игрр. – Но я не захотел.

На сердце у меня стало тепло. Ниоба непременно полезла бы к мужу в постель. И в Балгас не отпустила бы. Зачем ей соперница?

– Словом, брел я, брел и забрался в квартал сукновалов. Там снял комнату в харчевне…

Я покачала головой. Эк занесло! Из всех трущоб Ромы это самая отпетая.

– Днем бегал по знакомым – пытался добиться, чтобы тебя вызволили. Мне сочувствовали, но говорили, что безнадежно. Пытался пробиться к Флавии – стража не пустила…

Я опустила взгляд и стала отщипывать кусочки от уцелевшего кусочка хлеба.

– Тем временем меня разыскала Касиния. Позже выяснилось: Октавия велела меня убить.

– За что? – не сдержалась я.

– Во время ссоры с Лавинией я пообещал сучку зарезать. Кинжал держал у нее вот здесь, – Игрр ткнул себя в горло. – Мамочка обиделась… Но я этого не знал. Касиния не решилась напасть сама. Нашла преторианок, подпоила их и сказала, что знает лупу, который берет дешево.

– Послал ее. Она обиделась и схватилась за меч. Я выкрутил ей руку и пнул в зад. Тут остальные за железки схватились. Набежали вигилы, и нас разняли. Преторианка, которую я ударил, потребовала поединка.

– Ага! – кивнул он. – Злой был.

– Игрр!.. – вздохнула я.

– Знаю, что дурак, – кивнул он. – Мне это позже разъяснили.