Самец взъерошенный

В это время интимные связи с женщинами запрещены.

– Мужчин держат взаперти?

– Днем передвижения свободны. Но у каждого здесь, – Бранко указал на левое запястье, – бронзовый браслет – знак принадлежности к храму. С таким подругу искать бесполезно. За связь с храмовым мужчиной нол казнят.

«Твою мать!» – подумал я.

– Почему так строго? – спросил, откашлявшись.

– Жрицы ведут учет: кто, от кого, какая пропорция человеческой крови… На этом держится система власти. Попытку присвоить себе ненадлежащий статус легко пресечь, когда имеются документы.

А то ведь каждая может заявить… Смешение кровей дает разные комбинации, от одного и того же мужчины может родиться и кварта, и треспарта. В спорных вопросах обращаются к жрицам.

– Откуда возят мужчин?

– Из Европы. Пакс не принимает китайцев, негров и арабов. Только европейская внешность. Очень ценится светлая кожа, волосы и голубые глаза. Как у тебя, к примеру, – Бранко усмехнулся. – Вербуют преимущественно в бедных странах. Здесь много румын, что и понятно: их язык близок к латинскому, они быстрее осваиваются.

Русских, пока я служил, не было вообще. Вы первые.

– Мужчины не отказываются от донорства?

– Зачем? – Бранко пожал плечами. – За это платят. Сперму сдают через день, за порцию полагается золотой. Это очень много. Пятнадцать порций в месяц – пятнадцать золотых. За год выходит сто восемьдесят, за пять лет – девятьсот. За эти деньги можно купить дом. Мужчины, которых привозят сюда, бедны, у них нет образования и хорошей профессии, поэтому они довольны.

Работа легкая, а денег много.

– Что по завершении контракта?

– Предлагают продлить, но соглашаться не обязательно. Ты можешь уйти из храма. Многие так и делают. Становятся лупами.

– Погоди! – остановил я. – Одного не пойму. Мы прибыли сюда по контракту. Но пока нас везли…

– То много и горячо любили, – улыбнулся Бранко. – Все просто. Пока на руке нет браслета, мужчина свободен. Любая женщина может предложить ему близость, и это не считается преступлением. По установленному порядку браслеты надевают только в главном храме Ромы, это торжественная церемония.

До этого вы – ничьи. Разумеется, вам этого не сказали, – Бранко хмыкнул, – а девочки из охраны воспользовались. Бесплатные лупы… Не все забеременеют, зато будет чем похвалиться.

– Здесь, наверное, цветет лесбийская любовь?

– Ты очень удивишься, но нет, – покачал головой Бранко. – Я сам в первое время недоумевал. А потом вспомнил… Сам я из православной семьи, об однополой любви в детстве не слышал.