Самоход. «Прощай, Родина!»

Опытным взглядом он тут же определил, что окопы неполного профиля, а пулеметов нет вовсе. Немец удивился про себя – неужели эти гражданские всерьез надеются хотя бы на час задержать продвижение доблестной немецкой армии?

Вид самоходок лейтенанта насмешил. Он видел немецкие самоходки – приземистые, с бронированными рубками, защищающими экипаж. И этим русские хотят бить немецкие танки? Суррогат какой-то! Однако он и грузовик со снарядными ящиками, замаскированный ветками, увидел.

Как только поблизости не оказалось русских, он сказал командиру подрывников:

– Надеюсь, сержант, ты видел, где у них грузовик с боеприпасами.

Твоя задача – уничтожить его. Немного времени у тебя есть. Наши скоро начнут атаку, в суматохе и подберешься. Впрочем, не мне тебя учить.

– Так точно, товарищ лейтенант!

Все разговоры диверсанты вели только на русском языке. Русские подозрительны, и если случайно услышат немецкую речь, у диверсантов будут проблемы.

Командир диверсантов решил при первом же удобном случае расстрелять ополченцев и артиллеристов.

Русских было больше, но у немцев автоматы, эффективные в ближнем бою, а главное – подготовка солидная, каждый диверсант даже без автомата одним ножом убьет не одного русского.

Немцы заняли две пустующие избы.

Ни ополченцы, ни пушкари не подозревали, какая над ними нависла угроза. Они полагали, что враг еще далеко, а он оказался рядом, хуже того – за спинами, и выжидал удобный момент.

Виктор в свое время много читал, да и фильмы видел о работе НКВД. Поскольку к этим органам он питал нелюбовь, за вновь прибывшими бойцами приглядывал.

Если они воевать пришли, поддержать ополчение, то почему не роют окопы или траншею, а отсиживаются в избах? Ведь при танковой атаке избы обстреляют в первую очередь. Похоже, воевать они не собираются. Но тогда резонный вопрос – зачем они здесь? Предположим, заподозрили кого-то в измене. Так явились бы 2–3 человека, забрали предателя и убрались бы с ним в тыл.

О своих пока еще неясных подозрениях Виктор переговорил наедине с комбатом.

Тот сначала отмахнуться хотел, а потом задумался. И правда, зачем здесь люди из НКВД? Заградотряду тут не место. У каждого воинского подразделения есть свои задачи: связисты тянут связь, пехотинцы держат оборону в траншеях, артиллеристы стреляют из пушек – а эти? Комбат припомнил презрительный взгляд пришлого лейтенанта, когда тот смотрел на самоходку. Понятно – неказиста. Но было во взгляде еще какое-то скрытое превосходство – словами это не объяснить.