Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

Смогут ли самоходки вместе с немногочисленными пехотными ротами заставить замолчать вражескую артиллерию, оттеснить немцев как можно дальше от места переправы?

…Бой сразу рассыпался на мелкие и крупные стычки. Самоходки совместно с пехотой выбивали закрепившиеся на берегу немецкие отряды и батареи.

Наступлению помогло то, что пехота с легкими «сорокапятками» и ротными минометами хоть и понесла значительные потери, сумела оттеснить немцев от береговой полосы и уничтожить часть полевой артиллерии.

Здесь, в сырой низменной местности, где «сушки» наступали, увязая в мокрой земле, ручьях, болотистых низинах, они могли стать добычей легких, но достаточно мощных 50-миллиметровых противотанковых пушек, к счастью уничтоженных в первые Дни.

Батарея Карелина наступала на правом фланге. С ходу смяли минометный взвод. Три «самовара» раздавили, четвертый достался невредимый с запасом мин. Хорошо помогала пехотная рота, добивая минометные расчеты. Два пулемета, укрытые под сваленными деревьями, открыли огонь. На поляне остались несколько убитых, расползались раненые.

Пехота, как всегда, кинулась за трофеями. В первую очередь искали боеприпасы и продовольствие. Два дня сидели на голодном пайке, ели даже сырые грибы, грызли шиповник. Нашли консервы, хлеб, вино. Опустошали банки с сосисками, паштетом, джемом, запивая все это вином в темных литровых бутылках.

Вино показалось кислым и совсем не шибало голову. Зато набили животы.

– Перекусываем вместе с пехотой, – ответил Карелин. – Минометный взвод уничтожили, один «самовар» невредимый захватили с запасом мин. Патронами разжились, гранатами.

– Кончайте привал, – приказал Тюльков. – С вашей стороны батарея 105-миллиметровок по переправе бьет. Прислушайся, откуда, и уничтожь.

– До них с полкилометра, – подсказал старший лейтенант, командир роты. – Я покажу. Мы вчера туда пытались сунуться, нас пулеметным огнем накрыли.

– С пулеметами мы справимся, – сказал Карелин, но прозвучало легкомысленно.

Полкилометра – это расстояние. И немцы так просто батарею уничтожить не дадут. Можно и на мины нарваться, и на противотанковые ружья.

– Давай, старлей, закругляйся, – дал в свою очередь команду Павел Карелин, теперь комбат. – Двигаем в сторону гаубиц. Сколько их там?

– Было четыре. Одну из тяжелой самоходки накрыли.

Мрачные предчувствия Карелина сбылись.