Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

Карелин распорядился:

– Таскайте воду и снег ведрами. Комбата надо обязательно отыскать… хотя бы тело. И остальных тоже. Никаких без вести пропавших.

Все понимали, что без командира, даже мертвого, возвращаться нельзя. В мокрых дымящихся обломках отыскали останки, сгоревшее оружие, что-то еще по мелочам.

Захар Чурюмов тер тряпкой закопченную медаль капитана.

– Его медаль, точно, – подтвердил заряжающий. А Вася Сорокин заметил:

– На Халкин-Голе сражался, на этой войне полтора года отвоевал, а получил всего одну медаль.

А ведь командир крепкий был, танки подбитые на счету имел.

– Ему теперь все равно, – отмахнулся Миша Швецов. – Давай в шинель останки заворачивать.

Через два часа лейтенант Карелин привел в расположение полка четыре самоходные установки. На каждой лежали тела погибших, раненых и три плотно увязанных шинельных тючка.

– Здесь сгоревшие ребята и в том числе капитан Ивнев, – докладывая Цимбалу о результатах разведки, сказал Карелин. – Капитана опознали по медали «За отвагу», все остальное сгорело.

Подвели двух пленных.

– Офицеров взять не смогли. Может, эти чего расскажут.

Кое-что рассказали. Что продолжается наступление немецких войск. Бои идут на подступах к Харькову, часть города, по слухам, уже занята передовыми частями.

Но их показания уже не имели значения. Был получен приказ наступать.

Дивизия перешла в наступление ранним морозным утром. Двигались стрелковый, танковый, самоходно-артиллерийский полки, артиллерия, вспомогательные части. Где-то параллельно шел еще один стрелковый полк.

Прорывом это назвать было нельзя. Сплошной линии фронта здесь не существовало. По слухам, дивизия вместе с другими частями должна была на одном из участков отбросить наступающие немецкие войска и во что бы то ни стало удержать Харьков.

Наступление было каким-то странным. Вроде шли в бой, а навстречу двигались отступающие войска, тылы, санитарные обозы. Заградотряды и комендантские роты поворачивали отступающих обратно, присоединяли к полкам и батальонам.

Раза три Карелин видел нашу авиацию.

Высоко в небе плыл бомбардировочный полк, дважды проходили низко над колонной эскадрильи штурмовиков ИЛ-2 в сопровождении небольшого числа истребителей.

Где-то в небе разворачивались бои, но это было далеко. Танки и самоходки, двигавшиеся впереди, с ходу вступали в бой с отдельными немецкими частями. Несли потери, но врага теснили. Преимущество было пока на нашей стороне.

Перед станцией Люботин налетели не меньше двух десятков «Юнкерсов-87».