Когда прихожу к Бусинке и смотрю на нее, при мысли, что я могла убить свою кроху, волосы шевелятся на голове. Врачи ведь как один предупреждали об ужасных патологиях и последствиях. Которых в итоге нет.
Ковалёв садится на кровать и увлекает меня за собой. Его близость заставляет нервничать. Губы горят от недавнего поцелуя. Эмоции и чувства по-прежнему сильные, но теперь как будто все иначе. Появилась стена, и каждый раз, когда хочу сделать шаг навстречу, я натыкаюсь на нее.
— Не знаю, с чего начать, Яна, — произносит Андрей, поглаживая мою спину.
— С бабулей мне просто. Но ты не она. С тобой у нас с детства сложно строился диалог.
— Он вообще никак не строился. Ты отталкивал меня. Постоянно. И мы творили откровенную дичь.
— С моей стороны все изменилось после того, как Майкл тебя обидел. Помнишь тот день?
На мгновение задумываюсь. Стычек между мной и Андреем было предостаточно. Нам не мешало даже то, что жили мы порознь. Всегда находились способы и на расстоянии сделать друг другу больно, чем-то задеть.
— Твой сосед?
Андрей кивает.
— Он тогда попытался меня облапать и поцеловать. Мне не понравилось, и я попросила его перестать. А Майкл обозвал дурой и толкнул в кусты роз. У меня шрам остался. — Поднимаю руку и показываю небольшое пятно на правом запястье.
Его могло не быть, но рана нарывала, а я ковыряла корочку.
Андрей берет мою руку и целует шрам.
— Когда я узнал, что тебя незаслуженно обидели, впервые испытал такие сильные эмоции. Это была гремучая смесь из ревности, ярости, желания отомстить.
Я не смог взять их под контроль. Выбежал на улицу и избивал соседа, пока нас не разняли. После того случая иной раз казалось, что я и тебя возненавидел за свои чувства. Ты еще, как назло, став постарше, начала отчаяннее добиваться моего внимания и мельтешить перед глазами.
— Ты избил Майкла? — потрясенно выдыхаю я.
— Да. Вы уехали на следующий день. Наверное, родители не стали тебе об этом рассказывать. Да и хвастаться особо нечем. Я сломал Майклу нос, ему потребовалась операция.
Алёна и Янис оплачивали его лечение, меня в наказание закрыли на месяц дома. Но я ни о чем не жалею.
— А потом?
— Не помнишь, что было потом?
Неопределенно пожимаю плечами:
— Ты сменил фамилию. Поставил всех на уши своим решением, задел чувства Яниса. Он тебя как своего воспитывал, очень переживал из-за твоего поступка. Я тоже злилась на тебя. Ян не заслужил такого отношения...
— Знаю, — печально хмыкает Андрей. — Но отец тогда резко сдавать начал.
