Включил колонки, усилитель и предусилитель, адаптер. Водил пальцем по конвертам с пластинками. Выбрал. Долго смотрел в черную обложку, пытаясь понять, что же на ней. Judas Priest. Хороший выбор, чтобы собирать вещи, сегодня уже никто так не играет, подумал он, люди сильно поглупели.
С первым звуком он вынул с полки следующую пластинку, обернул в пузырчатую пленку и вложил в коробку. Работа шла быстро. На адаптере вместо Judas Priest крутилась пластинка Дэвида Боуи, а Сташек делал вид, что все не так, что он не перепутал обложки, что еще что-то видит.
36– Пойдем к другому врачу. Если будет нужно, поедем за границу. В крайнем случае я продам квартиру. Я ведь могу, правда?
– Можешь делать все, что только захочешь.
В этот день Сташек не встал с постели. Ощупывал собственное тело, проверяя, что потерял. Густая тьма выливалась из него, как из отравленной раны. На обмякшем предплечье почувствовал ладонь Дорис:
– Знаешь что, Стась? Я все понимаю, но перестал бы ты жалеть себя.
– Это пройдет. Моя болезнь.
Пройдет. Я знаю, что делаю.
– Что у тебя пройдет, глупенький?
– Мне надо разобраться с фирмой. Тогда я начну что-нибудь новое. Смотри! Даже врач говорит, что со мной все в порядке. Глаза реагируют на свет! Проблема в голове.
– Поэтому мы поищем другого врача.
Она легла рядом с ним, наступила минута тишины.
– Как я выгляжу?
– Волосы у тебя отросли, глупенький мой. А выглядишь хорошо. Мне нравится, когда ты стройнее.
Он дотронулся до собственного бедра. Большой кусок кожи свисал свободно.
Он привлек Дорис к себе.
– Как ты думаешь, я мог бы запатентовать диету? Худей со Сташеком? Тебе надо потерять все, начиная со зрения, и килограммы полетят, как на автогонке. – Взял ее лицо в ладони. – Я уже понимаю, почему это происходит. Я уже вспомнил, что сделал когда-то.
37Сташек несколько раз набирал номер Пирошека. Отзывался автоответчик. Он выждал час и позвонил с телефона Дорис. Друг повесил трубку, лишь только Сташек произнес первое слово виноватым голосом.
– Что же, видимо, вот такой он нашел способ завершить дружбу, – сказал он и начал заносить пачки бумаги.
Делал маленькие шажки и с трудом обходил препятствия. Не разрешил себе помочь. Прополз под прилавком. Люди заказывали кофе над его спиной.
Он предложил Дорис отдохнуть. Она могла бы выйти на пару часов, а он за нее побудет на работе. Дорис ответила, что это, к несчастью, невозможно."
"Поехал в супермаркет, вышел из трамвая за людьми и шел, касаясь машин. Его залил свет.
