Счастливы вместе

Вторая лежит поверх пледа, как будто её не используют.

В ванной меня настигает прозрение. Стакан, где стояли их щётки, пустой. Одна щётка, судя по цвету, отцова, сиротливо лежит на бортике раковины. А второй нигде нет! Как нет и маминых масок, кремов и шампуней.

Те неохотно вылазят, каждый из разных углов нашей старой квартиры.

— Потрудитесь-ка мне объяснить, что случилось! — я встаю в позу, руки в бока.

— А разве что-то случилось? — пытается мама шутить.

Отец снова прячется в зале.

— Хе-хе! Я тебе говорил! А ты всё: никто не узнает! — кривляет он мать.

— Помолчал бы лучше! — взрывается мама.

И оба, как будто забыв, что я здесь, начинают кричать во весь голос, пытаясь достать друг до друга сквозь несколько стен.

— Расскажи лучше, как ты меня бросила! — предлагает отец.

— Никто тебя не бросал! — отзывается мама, — Ты сам целый день в гараже прозябаешь! А у меня своя жизнь!

— Какая жизнь у тебя? — усмехается папа.

Мама продолжает копаться в шкафу. И делает это так яростно, словно не собирает одежду, а рвёт.

— Насыщенная! — выглянув из спальни, бросает она.

— Это надо ещё посмотреть, чем ты там занимаешься? В своей этой студии! — последнее слово отец произносит намеренно громко и тянет его, как куплет.

— Я рисую! — встревает мама.

Папа смеётся из зала:

— Рисует она! Да было бы то рисованием, а то так, мазня какая-то!

Я видела мамины картины. В основном натюрморты, пейзажи.

Она любит природу, цветы. Которые, в технике размытой акварели, выглядят очень эффектно. Когда-то давно, ещё в юности, она окончила художественный техникум. Но так никогда и не работала в этой стезе. Вышла замуж практически сразу после учёбы, а затем — родила.

— Вот! Вот! — вырываясь из спальни и тыча в меня указательным пальцем, она произносит, — Вот об этом я и говорю! Ты никогда и ни во что не ставил мои увлечения…

— Вот именно, что увлечения! — перебивает отец, вырастает стеной из-за арки, — Увлекайся себе на здоровье.

Зачем разводить суету?

— Ты о чём? — ставит мама руки в бока. Как и я. Я же, взглянув на неё, выпрямляю свои…

— Я о том! — тянет шею отец, — Что увлекаться можно и здесь! Чего ты себе напридумала? Студию эту! На кой она тебе, эта студия? Вон, квартира большая, рисуй! — он обводит рукой коридор, словно предлагает маме устроиться в центре.