– Я заставляю себя немного разжать пальцы, с силой вцепившиеся в руль. – Короче говоря, поэтому О’Ши меня на дух не переносит. Он думает, что я просто поигрался с Мирандой: год пытался залезь к ней в трусики, а потом, когда получил то, что хотел, бросил ее.
– И ты до сих пор не знаешь, что с Мирандой? Неужели ни разу не пытался связаться с ней?
– Не так давно я отправил ей запрос в друзья в Facebook, – признаюсь я. – Но она пока не добавила меня. На ее страничке написано, что она учится в университете Дьюка.
– Знаешь, наверное, неудивительно, что О’Ши так опекал ее, – задумчиво произносит Элли. – Ему, должно быть, было тяжело смотреть, как собственная дочь страдает от депрессии. А потом, когда ей вроде бы стало лучше, она срывается снова.
Может быть. Но я не собираюсь сочувствовать этому ублюдку, особенно когда он изо всех сил старается испортить мой последний год обучения в Брайаре.
– И теперь я стала лучше тебя понимать, – добавляет Элли.
– С чего это? – Мне не нравится ее внимательный, проникающий в самое сердце взгляд.
– Поэтому ты всегда такой откровенный в сексе, да? Хочешь убедиться, что ты и твоя пассия на одной волне?
– Я не собираюсь снова вводить кого бы то ни было в заблуждение, это точно. Или принимать их согласие за чистую монету. Мне плевать, что кому-то покажусь засранцем, но я никогда никому не вру о своих намерениях. И не встречаюсь с девственницами, – подумав, добавляю я. – Или с первокурсницами, потому что они тоже имеют склонность быть чересчур навязчивыми.
– Оказывается, в жизни Дина все-таки есть правила.
– Без этих правил не было бы жизни Дина.
– Ну, наверное. – Элли умолкает, но тут же произносит: – А с девственницами все не так уж просто. Любая может солгать об этом. Известно, что только из-за езды верхом рвется пятьдесят процентов девственных плев.
Я хохочу.
– Поверь мне, мой радар на девственниц работает без ошибок.
– Ах вот как? И как ты узнал, что я не девственница?
– Гаррет ночует у вас почти каждые выходные, и он не раз слышал вас с Шоном.
Сказал мне, что ты любишь покричать.
Элли ахает.
– Он этого не говорил.
– Еще как говорил. Смирись, детка, ты и правда очень громко выражаешь свои эмоции. – Я смеюсь над ее изумленным выражением лица. – Это не так уж плохо. Мне нравится."
"Я вспоминаю ее гортанные стоны, возгласы «о боже» с придыханием, и у меня сразу же встает.
– Мне очень нравится.
– Господи, мне так стыдно, – бормочет она, сильно покраснев.
