Я уверен, что, если бы сказал это Элли, она бы отмахнулась и ответила что-то типа «он просто очень придирчивый» или «ой, он такой со всеми». Но она бы ошиблась.
Джо Хейз проникается ненавистью ко мне с той самой минуты, как открывает дверь и видит на пороге меня. И – уф – я ощущаю себя разряженным болваном. Элли сказала мне одеться «прилично», так что я выбрал белую классическую рубашку от Тома Форда и серые брюки от Армани. Пиджак я надевать не стал, но моя черная куртка от Ральфа Лорена заставляет отца Элли, который одет в спортивные штаны и фланелевую рубашку, нахмуриться.
– Ты и есть тот самый приятель Эй-Джей? – рявкает он.
Я морщу лоб.
– Эй-Джей?
– Моей дочери, Эллисон Джейн? – Мистер Хейз, кажется, сердит из-за того, что ему приходится объяснять мне все это.
– О, э-э-э, да, сэр. Только я знаю ее как Элли.
– Но не знаешь ее прозвища? – Он насмешливо фыркает. – Не такой уж ты и друг, а?
Буркнув мне «входи», он неуклюже разворачивается. Ходьба дается ему с трудом, и он тяжелой походкой идет вперед, опираясь на тонкую трость.
Элли предупредила меня, что у ее отца рассеянный склероз. Еще она посоветовала мне не поднимать эту тему в разговоре, потому что ему не нравится говорить о своей болезни и он оторвет мне голову, если я даже вскользь упомяну о ней. Так что я молчу, но даже мне, человеку, далекому от медицины, видно, что сейчас он страдает от боли.
Я следую за мистером Хейзом через неожиданно просторный первый этаж, где на полу сияет паркет, а деревянные детали и двери, видимо, сохранились с тех времен, когда этот особняк был построен.
Элли с отцом занимают два нижних этажа, где, как мне коротко поведали, располагаются четыре спальни и три ванные. Либо их семья купила этот дом до того, как Бруклин-Хайтс стал элитным, либо профессиональные хоккейные скауты зарабатывают намного больше, чем я думал.
Мы заходим в большую гостиную с эркером, который выходит на аккуратный сад и патио.
– Вы увлекаетесь садоводством? – вежливо спрашиваю я.
– За садом ухаживает соседка сверху.
– Папа Элли сердито смотрит на меня.
Ну ладно.
– Дин, привет.
Слава богу, в комнате появляется Элли, и я с облегчением смотрю на ее синее платье длиной до колен. Не такое уж нарядное, но вполне милое, чтобы я перестал чувствовать себя так, будто заявился на чаепитие в смокинге.
– Хочешь чего-нибудь выпить? – спрашивает Элли, быстро обняв меня."
"Я смотрю на диван из коричневой кожи, куда медленно опускается мистер Хейз.
