Гигиеническая губная помада, пачка влажных — надо же — до сих пор годные! — салфеток, ключи, два леденца «Бонпари», полностью разряженный старенький телефон…
Последний Наташа тут же поставила на зарядку, благо шнур от него по-прежнему лежал в верхнем ящике стола.
И села пересчитывать деньги.
Результат потряс. Нет, Натка видела, что в сумке лежат четыре пухлые пачки. Но, что три из них состоят из одних пятитысячных, рассмотрела только, когда взяла их в руки.
Не слабая заначка оказалась у неведомой бабушки! То-то сумка ей плечо оттягивала…
Хранить дома такие деньги — напрашиваться на неприятности.
Значит, завтра первым делом надо идти в Сбербанк, положить на счёт. Вернее, сначала открыть себе счёт, а потом уж положить на него эти три пачки пятитысячных. Потом узнать в деканате, можно ли досрочно выйти из академа и догнать группу, а то жаль терять целый год. А если выяснится, что отменить академ нельзя, придётся искать временную работу уже на полный день. Пусть сейчас деньги на жизнь у неё есть, но лучше их приберечь, мало ли, как всё повернётся? Потом, всегда есть опасность, что произошла ошибка, и деньги ей не принадлежат.
Растратит, а потом чем возвращать?
Нет-нет, она возьмёт только немного и только до первой зарплаты!
Приняв решение, Наташа прилегла на кровать и сразу провалилась в сон.
На следующий день Натка первым делом отправилась в институт. Визит в деканат её порадовал — оказалось, что досрочно выйти из академического отпуска возможно.
Наташа тут же написала заявление и отправилась на занятия.
Группа встретила её со сдержанным интересом.
— О, наша всезнайка вернулась!
— Наташ, а где ты была? Насовсем вернулась или так, попроведать?
— Насовсем, — с облегчением отвечала девушка, радуясь, что вокруг всё привычно и знакомо.
— Догонять теперь и догонять — до зачётов месяц, а ещё лабораторные, доклады. Ты же весь семестр, считай, пропустила!
Догонять не страшно, тем более что она всё это уже проходила. Даже не проходила, а внимательно и скрупулёзно изучала, когда выполняла работы за Вадима.
Учёбы Наташа не боялась.
А вот провалы в памяти всерьёз беспокоили: ни неведомая бабушка, за которой Наталья ухаживала пять месяцев, ни место, где она всё это время жила, ни таинственный двоюродный брат — ничего не вспоминалось. Словно почти полгода её жизни кто-то вычеркнул, вымарал, нажал на Delete и стёр все файлы.
Идиотское чувство, но пока Натке некогда было с этим разбираться.
