Сдавайся, буду согревать

– Кто умерла? А? Снегурка, кто умерла-то?

Блять, что она уже успела еще натворить? За всю историю Верхние Дрючки не знали такого размаха событий. Но стоило появиться Снегурке…

Подхватываю ее на руки и несу в комнату. Тихон следом бежит, размахивая хвостом.

– Ты не выпустил? – спрашиваю у него.

– Гав! – садится и преданно смотрит на меня.

Кладу Снегурку на кровать. Так. Пожалуй, раздеть надо. Не в шубе же ей лежать.

Пока снимаю шубу, платье задирается. А там чулки, черт их подери.

Но я – кремень! Я не буду пользовать пьяную беззащитную бабу.

Одергиваю подол платья.

Больше ничего снимать не буду. А то кремень окажется льдом.

Снегурка что-то бурчит себе там. Улыбается. И даже приоткрывает глаза, удивленно смотрит на меня и тут же захлопывает их.

Ну, блять, вот это подарочек на Новый год! А ведь у нас с «подарочком» счеты. Ох, и должна она мне!

Ух, Дед Мороз! Мужик! Угодил так угодил!

Опускаю взгляд на Снегурку и под предлогом поправить платье на груди кладу туда руку и чуть сжимаю. Размер то, что надо.

Блять, Дедушка Мороз! Но почему она пьяная? Не мог трезвую подогнать?

Вскакиваю с кровати и иду в душ. Сегодня был тяжелый день. Хоть и последний в этом году.

Сука, Новый год же! Елка там где-то валяется. Еда – в холодильнике.

Но какая, сука, елка, когда тут такой «подарок» на постели?

Выхожу из душа – Снегурка на месте. Спит. На боку.

Маленькая такая. А попка какая ахуенная. «Райское наслаждение», сук.

Сжимаю член под полотенцем. Ух, и классные новогодние каникулы меня ожидают, чую.

Интересно, как она ко мне попала? Знала, куда идет? Пришла прощения просить?

Заныриваю к ней под одеяло и не могу удержаться, сжимаю мягкое тело и трусь членом о бедро.

Ох, сука, как дотерпеть до того, как она в сознание придет?

Я ведь не трахаю пьяных баб. Неблагородно это – пользоваться таким состоянием. Неблагородно.

Скрепя сердцем, убираю руки от Снегурки и поворачиваюсь на другой бок.

Что ж, Новый год в постели. Неплохо. Во всем надо искать плюсы. Я же не один в постели.

Закрываю глаза и даже мне кажется, у меня получается заснуть. Но тут чувствую, что меня кто-то тормошит. Прижимается ко мне со спины.

– Тепленький. Пушистенький, – девчонка нагло облапывает меня.

– Холодно, – слышу за спиной, а руки все ниже скользят.

Напрягаю пресс в ожидании.

– Ребристое, – забавная. Глаза у нее все еще закрыты. На ощупь проверяет меня.