Сдавайся, это любовь…

Антон уж слишком ловко ввалился в квартиру, правда, остановился в дверях и медленно потянул носом, словно брал след, как ищейка.

– Милашей моей пахнет. Сладкими карамельками, – он закрыл глаза и растянулся в гадкой ухмылке. – Я скучал, милая Мила. А ты? Признайся, скучала? Столько лет прошло, а на языке до сих пор ощущается вкус твоего возбуждения. Ты помнишь? Помнишь наш секс? Ты ж текла, как крыша сарая, извивалась подо мной и стонала так, что соседи лупили по батареям!

– Нет. Мне всё желание отбило скучать по тебе.

– Смешно. Так я тут ни при чём. Свои грехи я помню, а чужого мне не приписывай, – он дёрнул плечом и опустился на замшевый пуфик, рассматривая мою квартиру. – Ты ж сама выпрыгнула. Сама!

– Антон, говори, с чем пришёл, и разойдемся…

– А ты мне тут не указывай, – от напускного спокойствия Баранова вдруг не осталось и следа. Он одним рывком схватил меня за руку, вывернул, заводя за спину, и стал усиливать хват, пока я не рухнула на колени у его ног. Кусала язык, шипела, но не позволяла себе дать то, что ему нужно.

Он не увидит моих слёз!

Дура! Дура! Столько лет прошло, а я всё такая же дура… Вскинула голову, впиваясь в него взглядом. Пусть видит, что не боюсь! Мне больше нечего бояться, я всё пережила, через всё прошла! Мы с ним и горели, в нас стреляли, а потом я летала, больнее уже просто быть не может.

Бывший муж возвышался надо мной, шаря по телу обезумевшим взглядом. Сжимал волосы до боли, вдыхал их аромат и морщился от отвращения, прекрасно понимая, что пахнут они чужим мужчиной.

Вернее, моим, а вот он уже в моей жизни – чужой. А когда наши взгляды встретились, он вздрогнул, не успев сдержать шокирующее удивление.

– Оппа… – Баранов усмехнулся и даже на миг отвёл взгляд. – Что я вижу? Милаша моя, да не моя? Не боишься уже? Потеряяяла страх, ой потеряла… А зря. Ведь росла и черствела не только ты, любимая. Поэтому слушай меня сюда, дрянь, – он резко наклонился и начал водить носом по моему лицу. Дыхание его становилось тяжелым, грудным, с внезапно вылетающими хрипами.

Он как ненормальный шарил рукой по моему телу, распахивал халат, чтобы все ощупать, словно дорвался, получил то, о чем грезил все эти годы. Сжимал грудь, с силой крутил соски, ожидая слез и мольбы о пощаде. Но не получит он ничего! Ничего! – Пока ты тут развлекалась и моему сыну мозги промывала, я гнус на болотах кормил, жопу рвал, чтобы заслужить возможность вырваться из ссылки, в которую меня отправил твой Чибисов.