Сдавайся, это любовь…

Уже всё есть, – Кирилл прошёлся горячими ладонями по телу, словно сам хотел удостовериться, что это всё не сон, а потом достал из ящика свою футболку и, практически не смотря на меня, натянул. – Люсь, мне позарез нужно быть в отделе вовремя, поэтому прости, но титечки твои я вечером помну. Кстати, я вчера ещё не все подарки выдал тебе, малыша.

Он быстро поцеловал меня и практически выбежал из спальни. А я стала озираться по сторонам, осматривая светлую и аскетично пустую спальню холостяка: огромная кровать, холодные офисные жалюзи на окне, кресло в углу, неприлично здоровый телевизор на стене и комод под ним.

Воровато оглядываясь, приоткрыла ящик, с ужасом рассматривая аккуратные стопки одежды. Странно… В целом квартира была слишком чистой и опрятной для мужчины. Но и Кирилл был всегда выглажен, пах как горный ручей и вызывал ощущение ухоженности.

Черт! Я ведь даже не знаю, какой он в быту?

Опустила взгляд на браслет, с которым теперь не расставалась, и пробежалась пальчиками по буковкам, что теперь висели в правильном порядке, скинув никому не нужную интригу.

Вот так все просто? Пришел, увидел, победил?

Эх, к сожалению, приходится признаться самой себе, что да. Этот мужчина оказался крепким орешком с крепкими орешками. Прислушалась к тишине, спрыгнула с кровати и, тихо посмеиваясь над собственными мыслями, побрела по квартире…

– Три комнаты, две лоджии, стиралка, посудомоечная, свободная гардеробная и кровоточащее от желания сердце наглого майора в придачу, – Кирилл вышел из кухни, сжимая в руке прозрачную папку, не способную скрыть содержимое документа.

Да я этот образец знала как облупленный, не только по работе, но и на личном опыте. Два бланка свидетельства о разводе уже пылились дома в сейфе, а вот и третий подъехал…

– Ну, подходит тебе моё королевство? – Чибисов поигрывал бровью, довольно впитывая мою растерянность. – Есть где разгуляться?

– Стоп! Решение о разводе должно быть…

– Люся, не порть шикарное утро, – он закатил глаза, взлохматил гриву и походкой льва-победителя двинулся ко мне.

Обнял, прижал к груди и зашептал: – Я просто ускорил процесс. Даже без превышения должностных полномочий и убийств.

– Честное беструсое, – прошептал он, подхватил меня за подбородок и задрал голову. А когда его губы накрыли рот, то вновь все пошло к черту! Стремительно, безапелляционно и бесповоротно.

Он как тайфун! Все сжирает: мои вялые попытки сопротивления, беснующиеся страхи прошлого и желание притормозить это безумие.