Я заметила. И это не шальные игры бурной фантазии. За всё время знакомства, пусть и непродолжительного, понять сложную натуру Арбатова немного сумела. Он часто жонглирует людьми, но редко своими эмоциями.
Сатана проводит языком между верхними зубами и губой, после чего с едва уловимой улыбкой поучительно парирует:
— Воздержание, Арина, не приносит пользы.
Господи! Спаси и сохрани меня, грешную!
Единственное, что приходит в голову — плавненько сменить тему, и аккуратненько подвести «любовника» к мысли, что отпустить меня к больному ребенку всё-таки стоит.
— Руслан Германович, а у вас дети есть? — спрашиваю, смущаясь и запинаясь.
По ехидному хмыканью догадываюсь — плавненько и аккуратненько виделось только в мечтах. В реальности вышло топорно и со звоном, как у слона, заглянувшего в посудную лавку.
— Есть. Двое.
Не знаю, что удивляет больше: то, что он всё же отвечает на вопрос, или то, что содержит его ответ.
Между тем, Арбатов продолжает.
— Максу девятнадцать, Зосе пять.
— О-о-о, здорово, — выдаю искренне.
Вот бывает такое, что достаточно одной интонации, перелива голоса, чтобы понять: для мужика дети — не просто отметка в паспорте, а гордость и любовь.
Непробиваемый Руслан Германович своих отпрысков обожает.
И это подкупает, но.
— Девятнадцать? А вам тогда…
— Тридцать шесть, — усмехается и глядит выжидающе. — Только не строй никаких логических цепочек в своей умненькой головке. Я в разводе десять лет.
— Да я и не.
Стыд заполняет все чакры под завязку, потому что оно помимо воли думается и считается.
Какие щеки? У меня уши и шея пылают, хоть лед прикладывай.
— Если интересно, могу про личную жизнь рассказать, — вкрадчиво-убаюкивающий тон окончательно пригвождает к месту.
— Спасибо. Н-не надо.
`Отвожу взгляд, изучая собственные колени.
Хочется провалиться сквозь землю. Неловко до ужаса.
— А что предпочитаю на завтрак, интересует? — смеется в открытую.
— Спасибо, нет.
Вот это я — молодец, хотела аккуратненько поговорить. В итоге ковырнула в личном так ковырнула.
Понятное дело, Арбатов мне сам это позволил. Иначе фиг бы я хоть слово из него вытянула. И всё равно неудобно.
— Ладно, Арина, — еще минуту назад веселый голос становится сухим и деловым. —Поезжай к своей подопечной, раз так рвешься. Только будь аккуратна. Смотри чтобы Сергей был везде рядом.
Больше ни слова не говоря, Сатана покидает гостиную, а через минуту слышится хлопок закрывшейся входной двери.
Вот и понимай его как хочешь.
