Сергей вслед за ним покидает палату, а я, наконец, опускаюсь на кровать. Как бы не было всё «весело» но здоровье еще пошаливает.
— Круто вы его.
— Дураков принято учить.
Дальше в течение часа обсуждаем с Михаилом, именно так велит Самков к себе обращаться, наши дальнейшие действия. Я пишу под его диктовку заявления: заполняю распечатанные бланки, которые тот принес с собой, подписываю еще один договор. Чуть позже делюсь с адвокатом тем, что рассказал мне Роман в день аварии, куда и зачем мы поехали. Уточняю, к чему готовиться, и как обстоят дела с Измайловой.
— Она пока дома, но как только парни найдут исполнителя, всё изменится. Я тебе обещаю.
— Надеюсь, ни она, ни ее братец больше ничего не выкинут, — поджимаю губы.
От одной фамилии Измайловых мороз бежит по коже. Монстры.
-Не выкинут У Зотова охрана у палаты. Кроме того, весь персонал предупрежден.
А ты... — тут Самков весело улыбается, — Рус через пару дней вернется, слетаете к морю, отдохнете.
— Я же - свидетель, разве могу покинуть страну? — сначала спрашиваю, а только потом удивляюсь собственным словам.
Я не возмущаюсь поездке как таковой, будто заранее на нее согласна, а лишь уточняю моменты, которые могут испортить отдых.
— Можешь. Статья 56 УПК РФ. Подписка о невыезде на свидетелей не распространяется. Более того Федеральный закон ""О порядке выезда из РФ и въезда в РФ"" не предусматривает таких ограничений в этом случае.
Господи, будто с Гуплом или Алисой общаюсь, а не с живым человеком. Но вот Самков улыбается и подмигивает — и меня отпускает.
Еще через десять минут он поднимается с дивана, на котором сидел, пока разговаривали, а у выхода выдает с ухмылкой.
— Поправляйся, Арина, и ни о чем не переживай. И да, набери Русу, он там волнуется из-за твоих самовольностей с Павловым.
Киваю.
Не покидает мысль, что вокруг одни манипуляторы собрались. Но тот, позвонить которому порываюсь весь последний час, всё равно всех на голову выше.
38.
Следующие три дня проходят спокойно и однообразно.
Ем, сплю, читаю с телефона книги, изредка смотрю телевизор и подолгу стою у раскрытого настежь окна.
Тянет на свежий воздух. Всё-таки лето. Тепло. Жара. Солнышко. А я в бетонной коробке.
Не могу сказать, что задыхаюсь в четырех стенах, но уж очень хочется сменить локацию. Хотя бы выйти в небольшой скверик возле больницы или даже на балкон.
Последний, к сожалению, отсутствует, а вот первый.
— На полчаса, не больше, — предупреждает Сергей.
