"
"— Угомонись уже, самостоятельная моя, — фраза настолько не вяжется с образом Сатаны, что я теряюсь и перестаю спорить. А он, зараза такая, усмехается.
Перца добавляет веселый взгляд той самой Али, который она, не стесняясь, переводит с Арбатова на меня и обратно.
В машину возвращаемся в гробовом молчании. Я под впечатлением от пережитого и услышанного. О чем думает Руслан Германович — один черт знает. Водитель же привычно сохраняет покерфейс и ничем не выдает своего отношения к происходящему. Ну еще бы, ему не за мысли платят.
— А разве это нормально: привозить одну любовницу в бутик к другой, чтобы просить ее ту одеть? — не выдерживаю тишины и довольной рожи Арбатова.
Кажется, чем больше я киплю внутри, тем расслабленней он становится.
— Ну, ты мне пока не любовница, Арина, а Аля не может ей быть по определению.
Она — моя двоюродная сестра.
Вас когда-нибудь ментально били по голове пыльным мешком?
Меня да. Вот прямо в этот момент. Прикладывают несколько разков кряду. Да так, что все мысли выветриваются, и о чем-то говорить дальше, тем более спорить, уже не хочется.
— Держи, — Арбатов достает из мини-холодильника бутылку с водой.
Понимаю, что это не оливковая ветвь мира, но благодарю от души. Сегодняшний день оказался настолько насыщенным и так качественно потрепал нервы, хотя еще даже не подошел к финалу, что любой добрый жест воспринимается сверхостро.
Желая сразу утолить жажду и освежиться, пробую отвернуть крышку, но пальцы бесполезно проскальзывают по резьбе.
— Не получается, — жалуюсь Руслану Германовичу, который внимательно наблюдает за моей второй и третьей попытками.
Не знаю, кем мысленно он меня называет, но глаза закатывает показательно, а потом в одно движение решает мою проблему.
Честное слово, не хочется проводить параллелей, но они без спроса сами проводятся.
Отчего-то становится себя очень жалко. Чтобы не выдать эмоционального перенапряжения, отворачиваюсь к окну и просто пью. Дышу и пью маленькими глоточками, уходя в себя.
Только когда перед глазами появляется моя любимая ласточка, сверкающая на солнце белоснежными боками, отмираю и оглядываюсь.
Это не парковка бизнес-центра, а закрытая территория элитного комплекса, где раньше жил мой покойный дядя, а теперь планирую жить я. И вот тут, во дворе, стоит на парковке моя машинка. А рядом с ней черный джип охраны Арбатова.
— А-а-а... как?
Озвучиваю вопрос, желая прояснить момент как мог сюда переместиться автомобиль, если ключи от него у меня никто не забирал.
