"
"— Сергей, — кивает Сатана на одного из парней, — будет с тобой постоянно. Твой телефон у него есть. Свой он сейчас скинет. Пожалуйста, ставь его в известность, куда и когда будешь выходить из дома. Если ему что-то не понравится во дворе, он тебя тоже предупредит. Меня в том числе.
— Подожди, ты предполагаешь, что Рома попробует.
— Не исключаю.
Шумно выдыхаю и упираюсь взглядом в стену. Говорить, кто из нас двоих с Русланом Германовичем более ответственно подошел к сделке и просчитал последствия на несколько шагов вперед, глупо.
Чувствую себя новорожденным котенком, решившим переплыть океан.
— Да, хорошо, поняла, — соглашаюсь без промедлений и следом обращаюсь к своему телохранителю. — Мне нужны будут продукты. Магазин в этом же доме.
Пойду через полчаса. Всё остальное время проведу в квартире.
Молчаливый охранник кивает, что информацию услышал, и выходит за дверь вместе со вторым.
Арбатов задерживается. Прожигает меня графитовыми лазерами и слегка кривит губы в ухмылке.
— Завтра в семь будь готова.
Идем на выставку Гаревича. Уверен, там будет аншлаг.
— С чего бы?
Моё удивление обосновано. Выставка длится неделю. Я про нее слышала. Так вот каждый ходит в тот день, когда ему удобнее.
Откуда аншлаг?
— Потому что завтра официальное открытие, но кроме того я шепнул Семеновичу, что мы непременно будем вдвоем.
Смотрю в посерьезневшее лицо мужчины и отчетливо понимаю, что мне нужно зайти не только в продуктовый магазин, но и в аптеку. За успокоительными.
Это Сатана непробиваемый, а я что-то уже заранее нервничаю.
— Платье на выход тебе привезут, — добавляет Руслан Германович и, не прощаясь, покидает квартиру.
23.
— Здравствуй, Рома.
Только выпив две чашки кофе подряд, осмеливаюсь принять входящий вызов от мужа.
Раньше бы за такую его настойчивость ко мне пробиться обязательно призналась, как сильно его люблю. Теперь же не знаю, как с чувством выдержать разговор и не бросить раньше времени трубку.
— Арина, — выдыхает Зотов, будто и сам удивляется, что сумел до меня дозвониться.
Сиплый голос, еще недавно родной и желанный, вызывает неприятные ассоциации, бьет по нервам и сдирает только-только зажившую корочку с раны предательства.
Отчетливо понимаю, что так теперь будет всегда. Что бы ни говорил этот мужчина, как бы не убеждал и не запугивал, прошлого он не сотрет.
Но несмотря на это, в себя верю. Верю в то, что со временем обязательно его прощу, отпущу ситуацию, переболею и перешагну. Не стану копить внутри горечь и ненависть.
