Седьмая жертва

Как помню, ни одной не пропустил. Ведущие исполнители, бывало, пропускали, а твой дед – ни разу! Даже когда декорации не нужны были, придет, бывало, сядет в зрительном зале и слушает. Знаешь, говорил, Нюрочка, мечта у меня есть, чтобы сын мой Кузьма певцом стал, на оперной сцене выступал, как Шаляпин или Собинов. Как отец-то твой? Стал артистом?

– Не получилось, – рассмеялся Зарубин, – он в деда пошел, без голоса оказался. Закончил автодорожный институт, стал инженером.

– Это жаль, – вздохнула Анна Захаровна, – красивый был мальчонка, как помню, стал бы артистом – по нему бы все девки сохли.

А ты, видно, не в него пошел, в деда, востроносенький, маленький… Впрочем, это я уже сказала. Так с какой печалью ты ко мне пожаловал, Сергей Кузьмич?

– Вы помните Серафиму Антоновну Фирсову?

– Симу-то? Ну а как же! Столько лет в одном доме жили. А что с ней?

– Умерла.

– Вон оно как… – протянула старуха. – Ну что ж, пора, как говорится, чай, не девочка уже. Она была меня на три года старше, мне восемьдесят пять, стало быть, ей восемьдесят восемь.

Ну ладно, Сима умерла, а милиции какой в этом интерес?

– Так она не сама умерла. Ее убили.

Анна Захаровна медленно покачала головой и собрала лежащие на столе карты в колоду.

– Понятно. Допрыгалась Симка. Сто раз ее предупреждала… Все забрали?

– Что – все? – спросил Зарубин, напрягаясь, как охотничий пес. Кажется, не зря он сюда приехал.

– Ну, деньги, побрякушки, что там у нее еще было, я не знаю в точности.

– Да какие деньги, Анна Захаровна, что вы! Она совсем нищая была, еле-еле концы с концами сводила.

– Это с чего же ты такое удумал?

– Так видно ведь. По всему видно. И соседи говорят.

– А ты не верь!

С этими словами Анна Захаровна стукнула кулаком по столу, причем весьма увесисто, даже стекла задрожали. Сила в ней, несмотря на годы, оставалась немалая, да и вес солидный."

"– Не верь! – повторила она уже спокойнее. – Мало ли что люди говорят. Что они знают-то? Симка богатая была, только жадная до безумия. С молоду над каждой копейкой тряслась, выбирала, что купить подешевле.

Если за колбасой шла в магазин, так перед этим целый час высчитывала, сколько граммов нужно купить, на сколько бутербродов, чтобы лишнего, упаси бог, не взять. Ты знаешь, что она родного сына из дома выгнала?

– Знаю, – кивнул Сергей, – мне сказали, что из-за пьянства.

– Ну, это правильно тебе сказали, только не в самом пьянстве дело было, а в том, что сын наследственное богатство тягать начал.