Седьмое небо в рассрочку

Но она резко вырвала локоть:

– Поехали! Раз Гектор говорит «срочно», значит, дело срочное.

Хок закинул одеяло и спортивную сумку с продовольствием в багажник, стволы спрятали под сиденьем. Люка отлично справлялась с вождением, но излишне увлекалась, не замечая, какую набрала скорость, Гектор запрещал ей садиться за руль, особенно когда везут стволы. А Хок не он. Если Люка топает на место водителя, не может он ей запретить, в результате пришлось несколько раз говорить сакраментальную фразу:

– Сбавь скорость.

– Что произошло? – взорвался он.

– Не психуй. Мне не понравился голос Гектора, что-то в нем противно дребезжало.

– Все равно пригаси скорость, – настоял Хок. – Успеем.

– Куда? – хмыкнула Люка, на этот раз послушавшись.

– Везде. Хоть на том свете прижиться, хоть на этом наследить.

– Никогда не шути так! – дернулась она.

Хок умолк, обнаружив, что последнее время его тянет на черный юморок, хотя чувством юмора он никогда не владел, шутит не смешно. Кстати, его первый тренер сыпал шутками-прибаутками на тему смерти с месяц и… разбился насмерть в аварии.

Вопреки ожиданиям Гектор не был мрачным, голос его не дребезжал, когда он оторвался от карты города:

– Завтра похороны, он будет там.

– Кто тебе сказал? – прищурилась Люка.

– Логика. Если он помчался к ней среди ночи и за город, то на кладбище, само собой, приедет проститься.

– Днем народу там слишком много, – заупрямилась она. – Если убирают даже одного свидетеля, нам прикажешь перестрелять всех на кладбище?

– Не язви, – невозмутимо осадил ее Гектор. – Есть план. А сейчас поехали, осмотрим местность.

Когда представитель дорожно-транспортной службы раскрыл удостоверение, Шатунов начал тереть указательным пальцем подбородок под нижней губой, тупо глядя на него.

– Камеры наблюдений зафиксировали, как ваша машина выезжала ночью из города на скорости, превышающей допустимую в три раза. При этом нарушая все правила дорожного движения, какие только есть.

Шатунов полез в нагрудный карман пиджака, без суеты достал портмоне, вытащил пятитысячную купюру и положил на стол.