Седьмой круг

Медленно поднявшись, Беатрис, сдвинув брови, растерянно и изумленно уставилась на закрывшую лицо ладонями Элизабет.

— Невилл? — повторила она, расставив ноги и тяжело дыша. Грудь ее бурно вздымалась под тонкой тканью мужской рубашки. В глаза появилось осмысленное выражение. — Та самая Невилл. Жена Алекса?

Элизабет убрала руки и посмотрела в ошарашенное лицо Беатрис. Она коротко кивнула, тоже поднимаясь на ноги.

— Но мы похоронили тебя. Я была на похоронах, видела гроб. Алекс привез твое тело. О боже, но, если ты жива, значит, его брак с кузиной Норфолка недействителен.

— Заткнись, Бет. Закрой свой рот, и иди за Робертом, если не хочешь, чтобы я подох, пока ты здесь треплешь языком. — яростно прошипел сквозь зубы Ричард.

Элизабет внимательно посмотрела на его бледное лицо, он тяжело и быстро дышал, глаза уже стали мутными от потери крови. Было видно, как тяжело ему дается каждое слово. Ее холодные глаза требовали у него ответа. Но внезапно ею овладел ужас от содеянного. И то, чего она не ожидала.

Снова выругавшись, Беатрис, зыркнула на Лиз Невилл грозным взглядом, и выбежала прочь.

Элизабет и истекающий кровью граф остались одни. Девушка снова посмотрела в его глаза, подернутые болью. Сейчас они не были темно-синими, как обычно. приближение смерти выбелило их.

— Подойди. — совсем тихо сказал Мельбурн. Понимая, что в таком состоянии, он вряд ли опасен для нее, девушка послушно приблизилась к кровати. Она не рассчитала силы графа, потому что, резко схватив ее за руку, он больно сжал ее запястье, и заставил сесть рядом с собой.

Ее ресницы дрогнули, когда она, нарушив молчание, спросила:

— Это правда, Ричард? Мой муж похоронил меня и женился на другой?

Мельбурн выпустил ее запястье, и дотронулся окровавленными пальцами до ее волос. Мутные от боли глаза не отпускали ее взгляд. Губы девушки выдали ее, задрожав от подступающих рыданий.

— Нет, Элизабет. — моргнув, Ричард опустил ресницы. — Это не правда. Он любит тебя, и придет за тобой. Не надо плакать из-за него. — слабо прошептал он, уткнувшись лицом в ее плечо. Если бы даже она могла, Элизабет не оттолкнула бы его в такой момент. Горький комок из слез и горя подступил к горлу. — Ты так долго держалась. Ты была самой сильной. Я не хочу видеть твоих слез. Не сейчас. Ты впервые назвала меня по имени.