Седьмой круг

Доктор Рипли несколько раз бросал на молчаливую неподвижную девушку тяжелые взгляды, словно не сомневаясь в том, в пользу какого решения склоняться весы ее совести. Но только Роберт Холл продолжал надеяться на ее доброе сердце.

Графа тщательно вытерли мокрыми полотенцами, поменяли простыни, и одели в длинную рубашку, сверху накрыв тонким покрывалом.

— Миледи, никто из нас не имеет права оспаривать волю его сиятельства. — закончив, сказал доктор, обратившись к Элизабет, уже успевшей совладать с эмоциями и напустить на себя неприступный вид.

 — Раз вам предстоит стать его сиделкой, я должен высказать свои рекомендации по лечению графа. — в глазах седовласого лекаря мелькнуло сомнение. Лиз догадывалась, о чем думает Рипли. Никто не верит в то, что она собирается ухаживать за графом после всего, что ей пришлось пережить по его вине.

— Слушаю вас. — холодно сказала девушка, чуть склонив голову.

— Прежде всего, я должен просить вас содержать его сиятельство в тепле и чистоте. Непременно ежедневные перевязки и обработка раны противовоспалительными мазями, которые я оставлю.

Также я предоставлю вам рецепты настоек из трав, которые помогут снять боль и предупредить воспаление. Ему необходим свежий воздух, и в тоже время нельзя допустить переохлаждения. Открывайте окна, только когда хорошенько протопите комнату, и ненадолго. Простуда убьет его. Теперь о питании. Овощные и куриные бульоны, травяные настои, ничего твердого или тяжелого. Не позволяйте ему двигаться, если начнется бред, позовите слуг, и прикажите или держать его сиятельство или связать, нельзя допустить, чтобы рана открылась. Остерегайтесь инфекции, его постель и белье должны бить всегда чистыми. Вы можете не делать это сами, я понимаю, что девичья стыдливость, не позволит вам обмывать обнаженного мужчину, зовите слуг, кторые с радостью сделают всю неприятную работу за вас.

Лекарь оставил несколько баночек с мазями, бутыль с микстурой, и мешочки с травами на большом резном сундуке возле кровати.

Объяснив, как нужно правильно настаивать травы, Рипли поспешно удалился, пообещав навестить больного на следующий день.

Вспомнив о приказании графа, приближенные графа и слуги один за другим покинули покои своего господина. Остался только Роберт Холл. Не сводя с Элизабет взгляда, в котором смешались мольба и сожаление, он медленно приблизился и положил руку ей на плечо. Элизабет вскинула голову, взглянув в серьезное опечаленное лицо своего защитника и друга.