Седьмой круг

Ричард Мельбурн уверенно вошел в комнату, и остановился напротив, взирающей на него с неприкрытой яростью, Лиз Невилл. На побелевшем лице мисс Митчелл застыл ужас. Но граф смотрел только на свою пленницу.

— Она досаждает тебе, любовь моя? — обманчиво ласковым тоном обратился к Элизабет Ричард Мельбурн, небрежно кивнув в сторону оторопевшей гувернантки. Синие глаза странно блестели. Но он не казался пьяным, скорее, веселым, что еще поразительней в сложившихся обстоятельствах. Элизабет была потрясена его наглостью.

— Оставьте нас. — безапелляционно заявил он тоном, не терпящим возражений.

— Но ваше сиятельство, приличия не позволяют… есть нормы…. - пролепетала мисс Митчелл. Мельбурн посмотрел на нее презрительным уничтожающим взглядом.

— Ваша лояльность и молчание будут оплачены в трехкратном размере, мадам. — бросил Ричард. Женщина поджала губы и вздернула подбородок, не собираясь сдаваться.

— Никакие деньги не спасут мою репутацию хорошей гувернантки, если мне придется сопровождать ко двору скандальную леди, да еще и беременную от своего опекуна.

— Ты беременна? — быстро спросил Ричард, обратившись к Элизабет, лицо его потемнело, в глазах отразилось беспомощное выражение. Он подверг ее фигуру и лицо тщательному осмотру.

— Нет. — возмущенно воскликнула Элизабет, вскакивая на ноги. Мэри за ее спиной судорожно вздохнула. — Прошу вас, мисс Митчелл, сделайте, как просит граф. Я бы не хотела, чтобы вы были свидетелем нашего разговора.

— Хорошо. — кивнула девушка. Джейн Митчелл окинула презрительным взглядом графа Мельбурна, и, шурша юбками, спешно покинула покои.

Оставшись одни, Ричард и Элизабет какое-то время молчали, пристально разглядывая другу друга. Оба прятали свои чувства и эмоции под неприступными отстраненными масками.

— О чем ты хотел поговорить, Ричард? — девушка нарушила молчание первой.

— Я хочу извиниться за то, что поставил тебя в неловкую ситуацию.

— Я уже привыкла к твоим гнусным выходкам. — равнодушно отмахнулась Лиз. — Я не злюсь.

— Нет? — он искренне удивился.

— Нет. — девушка покачала головой и медленно улыбнулась. Улыбка вышла грустной и натянутой, но она так чувствовала. Печальная, печальная Элизабет. Глупая маленькая дурочка, заблудившаяся в лабиринтах запутанных чувств. Оказалось, что есть сложности, с которым нелегко справиться.