И хотят с тобой поговорить. Ты ведь расскажешь им, кто ты такой, правда?
Мальчик втянул голову в плечи и попытался натянуть на себя одеяло.
— Не в себе еще, — тихо пояснила женщина.
— Ну-с, здравствуйте, молодой человек, — улыбнулся пожилой мужчина. — Меня зовут Николай Степанович. Я следователь. А это мой помощник, лейтенант Еремин.
Но почему-то именно лейтенант вызывал у ребенка необъяснимый ужас. Заметив это, Николай Степанович шепнул напарнику:
— Слышь, Михаил, подожди, милок, за дверью. По-моему, он тебя боится…
Раздосадованный не столько тем, что ему не довелось принять участие в допросе, сколько необходимостью расстаться с подругой, Еремин вышел.
После этого мальчик явно успокоился, и в глазах его появилось осмысленное выражение.
— Ну-с, я представился. Теперь твоя очередь. Как тебя зовут? — участливо спросил, усевшись рядом, Николай Степанович. — Или ты у нас герой безымянный?
Мальчик долго молчал, переводя испуганный взгляд с лица мужчины на лицо женщины, которая с доброжелательной улыбкой стояла в стороне.
— Сережа, — наконец прошептал он.
— А фамилия как? — обрадовался следователь. — Нам, браток, полагается знать и фамилию. Чтобы сообщить твоим родителям, что с тобой приключилось. Они ведь, наверное, уже волнуются…
Но мальчик отрицательно покачал головой, давая понять, что свою фамилию он не скажет. И неясно было: то ли он просто не хотел говорить, то ли боялся, что о случившемся действительно узнают его родители.
— Ну хорошо, — согласился Николай Степанович.
— Не хочешь говорить — не надо. Лежи пока и поправляйся. А мы с товарищем к тебе еще как-нибудь зайдем. Проведаем. И вот еще что: из окна, пожалуйста, больше не прыгай. Ты здесь в полной безопасности. А если все-таки боишься, что сюда могут пробраться твои враги, я поставлю у двери охрану. Настоящего милиционера с автоматом. Ты мне веришь?
Обещание защитить его от неведомых врагов оказало свое действие. Мальчик закрыл глаза и тихо заплакал. И женщина, и мужчина терпеливо ждали, пока он снова заговорит.
Теперь это непременно должно было случиться.
— Они там… В лесу… Под землей… Над ними разные опыты делают… — всхлипывая, произнес он.
— Кто они? — насторожился следователь, одновременно сделав знак женщине выйти. — Какие опыты? Ну-ка давай будем вспоминать вместе…
Когда полчаса спустя он вышел в больничный коридор, лицо его было сосредоточенным и мрачным.
— Ну что, Степаныч, — нетерпеливо накинулся на него Мишка Еремин.
