Секретный Дозор

Интереснее его была только история, получившая в архивах Инквизиции, такое несколько двусмысленное название, как «Кремлевский Дозор». А история «Первого Дозора», если бы она не была тут же засекречена Инквизицией и обоими Патрулями в придачу, то ее можно было смело вносить в учебные пособия для Иных. Всему свое время. Муромцев подумал, что может быть, когда либо в будущем, уже полностью отойдя от дел, он расскажет о ней… «Как же расскажет», — тут же пришло ему в голову. — «Если Трване позволят».

В масляном свете тусклого, периодически гаснущего ртутного фонаря было видно, что снегопад прекратился, и сквозь редеющие тучи несмело пробивается забитое городским фоном мутное пятно Луны.

Сергей моргнул, вытер слезящиеся от напряжения и яркого света вечной спутницы Земли глаза и, кряхтя, полез в уютный салон паркетника. Здесь все было под рукой, все как он любит. Не зря Муромцев очень долго выбирал эту машину, предпочтя ее многим другим, более именитым маркам. Но не успел он даже вставить ключ в мягко светящийся замок зажигания, как его накрыло вторично и на этот раз основательно.

Сергей, снова провалился в давно знакомую серую ватную среду Сумрака и долго падал куда-то, распадаясь сначала на сотни, а потом и тысячи кусочков. Потом они знакомо закрутились вокруг его собственного я. Он понимал, что все повторяется наверно уже в сотый раз, но ничего не мог с собой поделать. Эта странность не была ему подконтрольна в отличие от внезапных превращений в разнообразных Сумеречных монстров.

Их он более-менее научился контролировать. Правда, не без помощи Радомира. Здесь в равномерно светящемся пространстве он будет находиться ровно столько, сколько надо. Кому надо? Может быть Сумраку? Или Радомиру? Или тому, кто за него себя выдает? Вращение вокруг Сергея все убыстрялось и, вот настал момент распада сознания. Он попытался воспользоваться магией, но получил такой силы болевой удар, что некоторое время вообще ничего не соображал. Одновременно с ним подобные ощущения испытывали и другие части его сознания. Причем Сергей не мог точно ответить себе, где находится в данный момент времени его собственное я. Придя немного в себя, он почувствовал, что тот, кто именует себя Радомиром уже здесь. Не дожидаясь, начала лекции, в которых он все равно почти ничего не понимал, Муромцев, собрал все свои силы и крикнул в пространство:

С таким же успехом он мог попытаться говорить под водой. Сергей почти не слышал самого себя, но его услышали.