Семь порочных дней

Расстегивая манжеты рубашки, он пытался не прислушиваться к шуршанию ткани за спиной, но тщетно. Невозможно было остановить разгулявшееся воображение, которое рисовало ему, как мисс Хайвуд снимает платье и распускает шнуровку корсета. Раздался вздох, и по спине виконта пробежала дрожь: он распознал тот глубокий, волнующий звук, который издает женщина, в конце дня освобождая свою грудь из тесного плена.

Кровь прилила к чреслам Пэйна. Он тоже хрипло вздохнул и попытался убедить себя, что возбуждение вызвано лишь присутствием в комнате раздетой дамы.

Его тело и не могло отреагировать иначе. Это ведь просто биология. Такое случается с птицами, пчелами и даже с первобытными моллюсками.

От умывальника донесся тихий плеск воды: Минерва протирала куском влажной ткани свое роскошное обнаженное тело. Право, она специально мучила Колина. И, возможно, он это заслужил.

Наконец пытка все-таки закончилась, кровать скрипнула, и раздался голос мисс Хайвуд:

- Теперь можете повернуться.

Пэйн обернулся, абсолютно уверенный, что увидит свою спутницу съежившейся под одеялами и отвернувшейся к стене, но вместо этого обнаружил, что Минерва лежит на боку и смотрит прямо на него.

- Я собираюсь раздеться. Не хотите ли отвернуться?

- Не думаю. Нет. - Она подперла голову рукой. - Ни разу не видела голого мужчину, тем более так близко. Можете считать это удовлетворением моего научного любопытства, - ее взгляд стал более жестким, - или извинением, если вам так хочется.

О, мисс Хайвуд действительно умна.

То есть сейчас ему предстоит испытать унижение и предстать перед ней в чем мать родила в качестве расплаты за все свои насмешки и невольные оскорбления. Даже Колин вынужден был признать, что заслужил это наказание.

- Сочту за счастье позволить вам рассмотреть мое физическое совершенство во всей красе, но только если взамен тоже увижу вас обнаженной. - И, так как Минерва потрясено молчала, он добавил: - Так будет честно. Око за око, зуб за зуб.

- Груди за муди? Разве это честно? Вы перевидали бесчисленное множество грудей.

Не понимаю, зачем вам разглядывать мои.

Черт! Как просто она произнесла эти слова! Без всякого намека на жеманство. Только-только Пэйн обрел контроль над собой, и вот эта девица снова возбудила его: резко, до пульсации внизу живота.

- А так как вы гордо демонстрировали ваши... муди перед половиной женщин Англии, - продолжила Минерва, - я нахожу странным, что сейчас вы вдруг вспомнили о скромности.