Семь порочных дней

- Когда я была маленькой, в течение многих лет никто не понимал, что у меня дальнозоркость. Все считали меня в лучшем случае непослушной, а в худшем - тупой. Мама всегда распекала меня за насупленный вид, за мечтательность. Диана постоянно читала книжки со сказками и историями. Она пыталась научить читать и меня, но как ни старалась, я не могла разобрать буквы. У нас была няня, которая за работой вечно напевала баллады. Я ходила за ней по пятам и слушала, запоминая как можно больше. Эти баллады и были моими сказками.

- Она закрыла глаза. - В конце концов моя гувернантка поняла, что мне нужны очки. Я даже не могу вам описать, что испытала, когда впервые их надела. Это было словно чудо.

- Наконец хорошо видеть?

- Нет, понять, что я не безнадежна. - Минерва ощутила комок в горле. - Ведь я же думала, что у меня какая-то неизлечимая болезнь. Внезапно я увидела мир ясно: не только какие-то предметы, находящиеся на расстоянии, но и те, что у меня прямо под рукой. Я могла читать буквы на странице, исследовать всё вокруг, открывать для себя под кончиками пальцев целые миры.

В кои-то веки я имела возможность проявить какие-то свои таланты.

Минерва не знала, поймет ли ее Колин, но именно по этой причине геологический симпозиум был так для нее важен, а Франсина значила буквально всё. Вот почему несколько дней назад она открыла сундук, в котором хранилось ее приданое, и рассталась с брачными фантазиями ради новых, научных целей. Она никогда не была такой, какой желала видеть ее мать.

Минерва отличалась от своих сестер и смирилась с этим. Она могла бы смириться и с существованием в качестве безнадежной пародии на модную, элегантную леди. Лишь бы хоть кто-то где-то восхищался ею и уважал за то, что она - такая, как есть: Минерва Хайвуд - геолог, книжный червь, а еще, после сегодняшнего вечера, иногда и трубадур.

- Когда я научилась читать, меня невозможно было оторвать от книг - и до сих пор это так. Но я уже выросла из детских сказок.

- Что ж, - произнес виконт сонным голосом, - это была прекрасная сказка.

Затюканная девочка. Добрая няня. Счастливый конец. Таковы почти все волшебные сказки.

- Правда? А мне казалось, большинство из них - про очаровательного красавца-принца.

Ответом стала долгая гнетущая тишина.

Наконец Пэйн ответил:

- Так ведь у вас есть свой рыцарь. Сэр Алисдер Коллега.

- Пожалуй, вы правы, - надеясь, что голос не выдал ее разочарование, Минерва вцепилась пальцами в простыни.