Но на такое количество людей этого катастрофически не хватало. В достатке было только воды из протекавшей возле крепости реки, да магического огня, на котором мы варили жидкую похлебку.
В тот вечер, когда я сидел, ломая голову над завалившими меня проблемами, пришел Гейденус. Мы дружили с ним еще с юности, поэтому он иногда приходил поговорить. Вот и в тот раз, чтобы отвлечь от тяжелых мыслей, он решил рассказать мне о своих изысканиях. Оказывается, последние годы он работал над изготовлением безразмерных сумок.
В них с помощью магии открывался вход в пространственный карман. Они уже продвинулись настолько, что могли загнать в такую сумку небольшое стадо коров. Это было интересно, но очень далеко от моих проблем. Мы пригнанных коров моментально превращали в мясо, в целях экономии не снимая даже кожу. Пропаленная магией и сваренная в котлах, она давала похлебку не одной сотне воинов. А ночью мне вдруг приснилось, как я засовываю в огромную сумку крепость и тайком ухожу к побережью, чтобы уплыть на один из дальних островов.
Утром я вызвал Гейденуса и объяснил, чего хочу. Чтобы он спрятал в пространственный карман всю крепость вместе с нами. Он кричал и возмущался, потом, не выдержав моего давления, согласился подумать. Каждый день я ходил в комнаты, где расположились маги, не по одному разу. Вскоре в старинной книге ими было найдено описание похожего ритуала, но для него требовались очень сильные артефакты. У Гейденуса они были, однако не все.
Остальные считались утерянными. Я потребовал изготовить недостающие, не слушая никаких возражений. Тголы уже подобрались вплотную ко рвам и готовились к их преодолению. Ловушки могли задержать их совсем ненадолго. Последний отряд, посланный за продуктами, так и не вернулся. И я предпочитал думать, будто они просто погибли. Рвы задержали врагов на два дня. На третий я вызвал Гейденуса к себе ранним утром и спросил, все ли готово к ритуалу. Он долго молчал, потом признался, что готово, но ритуал очень ненадежен.
И абсолютно не изучен!
«Гейд, – сказал я, – если бы был хоть какой-то выход, кроме этого, я бы тебя не просил. Пойми, лучше хоть сто лет сидеть в твоем кармане, чем видеть, как умирают последние дети нашего народа».
«Нет! Даже не проси! – сказал он. – Я не могу на такое пойти! Неужели ты не понимаешь, это очень опасно?»
«Это наш последний шанс, – продолжал убеждать я, глядя в его сердитое лицо.
