Семьдесят пять шагов к смерти

Из-под одеяла высунулась озорная мордочка.

— А не согласится ли господин отложить трапезу на полчасика? — спросила Мария. — Я здесь кое-что нашла. Интересненькое.

Игорь притворно вздохнул и отодвинул поднос.

— Чего не сделаешь ради любимой жены.

— Самой любимой, — напомнила Мария.

— Самой-самой любимой жены…

Потом они сидели на диване, друг против друга, скрестив ноги, и ели завтрак.

— Попробуй вот этот салатик. Я специально для тебя его рецептик в Интернете нашла. Называется «Гурман». — Зачерпнула, поднесла ко рту ложку.

— М-м… Да ты еще и кулинарка отменная, — похвалил Игорь.

— Я вообще находка для одинокого и симпатичного мужчины! — проворковала Мария. — Еще ложечку… А теперь вот это…

Игорь ел и млел. Не от еды, от присутствия Марии, от ее кокетливых, которые не передать, взглядов, от ее игривых ужимок, голоса, жестов.

— А не отведает ли мой господин вот это, достойное самых мужественных мужчин блюдо, которое делает их еще более мужественными и выносливыми, как… арабских скакунов лучших кровей?

— Или как кроликов? — весело спросил Игорь.

— Или кроликов, — легко согласилась Мария. — Лучше даже кроликов! — Засмеялась счастливо.

— Уф, — сказал Игорь. — Что-то господин переел. Что-то ему дурно от такого изобилия стало.

— От какого? — вскинула бровки Мария.

— От пищевого. Только от него, — заверил Игорь. — Потому что всего прочего я переесть не могу! Там я ненасытен, как…

Мария вскинула над затылком две ладошки, как будто это были длинные ушки, и пошевелила ими в разные стороны.

— Точно, как они! — подтвердил Игорь, поморщившись.

— Что такое? Что с моим господином? — встревоженно спросила Мария. Шутя уже по инерции.

— Желудок, — пожаловался Игорь. — Тошнит немного. Точно — переел. Надо бы господину сходить туда, куда даже императоры — только пешком. — Встал. Пошел в ванную.

Мария прислушивалась к доносящимся оттуда звукам. Кажется, Игоря рвало.

Он вернулся через пять минут усталый и бледный.

— Что-то не пошел мне изысканный стол, — вздохнул он. — Наверное, мой желудок привык к простой и грубой крестьянской пище. Я ведь оттуда, из глубинки.

— Бедненький, — пожалела его Мария. — Больше твоя жена не будет готовить тебе экзотические разносолы. Она будет тереть тебе редьку с хреном, варить картошку в «мундире» и таскать с огорода зеленый лук. А вместо кока-колы подносить сбитень и квас.